Книга одиннадцатая (часть вторая) - Охота на маску

Всю жизнь он старался быть как тот персонаж, но, видимо, в какой-то момент свернул не туда. Предел Мацумаэ Нозоми — это пугать провинившихся слуг, а тут какой-то малец зашугал толпу аристократов… Так Аматэру потом ещё и попрощался таким тоном, что на мгновение жить расхотелось. Ещё и эта проклятущая лампочка, из-за которой у Нозоми от неожиданности сердце ёкнуло. И ведь не в первый раз, если что, перегорает. Надо бы приказать слугам проверить проводку.

Мда, умные мысли подчас, приходят слишком поздно. Остаётся надеяться, что это не тот случай.

В этот момент открылась дверь и в кабинет вошёл его ровесник и старый друг Нозоми — Андо Фуджи. С главой клана Андо, тогда ещё просто наследником, Нозоми познакомился на свой восьмой день рождения, когда Фуджи впервые выбрался в свет, сопровождая родителей.

— Ну что, старик, как сильно мы опростоволосились? — спросил Фуджи, присаживаясь на стул, который совсем недавно занимал Аматэру.

— Прилично, — вздохнул Нозоми. — Ты знаешь, кто такие Аматэру, и ты знаешь, что подобного они нам не простят.

— После того, как мы его убить пытались… — начал Фуджи, но увидев, как Нозоми вскинулся, замолчал.

— Извини, — мотнул головой Нозоми. — Я сейчас чуть на автомате не сказал, что мы этого не делали.

— Хорошая привычка, — кивнул Фуджи. — В общем, после подобного у нас с Аматэру и не могло быть хороших отношений.

— Не согласен, — произнёс Нозоми. — Главное, у нас ничего не вышло, а личная неприязнь ушла бы вместе с самим Аматэру Синдзи. Когда-нибудь. А вот то, что мы главу Рода сильно оскорбили, это уже другой уровень.

— И-и-и… я, пожалуй, оспорю данное утверждение, — поднял руку Фуджи.

Они с ним с самого детства любят спорить обо всём на свете, лишь бы был хоть какой-то повод, и в обычной ситуации Нозоми обязательно втянулся бы в спор, но не в этот раз."

"— Как скажешь, — отмахнулся он. — Не суть. В любом случае на нас обиду затаили.

— Хм… — помолчал Фуджи, держа на весу руку. — Как скажешь. Всё настолько плохо?

Посмотрев на друга, который закинул ногу на ногу и положил на колено ладони, Нозоми тяжко вздохнул.