Книга 3. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны

И тут вы нам вряд ли поможете.

Кто, когда и какие допустил ошибки – это можно долго разбираться для истории. Мы, конечно, первые ответчики, но мы не способны в одиночку сделать Н1-Л3 такой общенациональной задачей, какой американцы объявили программу «Аполлон». У них это действительно единственная на сегодня и главная космическая задача. А мы тянем 7К-ОК, Л1, Н1-Л3, мы же отвечаем за боевые ракеты, Челомей разворачивает программу «Алмаз», тоже пилотируемую. Что в таких условиях делать нашим смежникам? Они получают по каждой программе постановления, где говорится, что это задача особой важности и ее надо выполнять вне всякой очереди.

Весь запас заранее заготовленных бутербродов за пять часов непрерывного заседания был уничтожен. Косяков позаботился, чтобы для дальнейших разговоров мы подкрепились чаем с печеньем. Но и оно было быстро уничтожено.

Афанасьев понял, что пора переходить к директивам."

"– Хотите не хотите, приказ о создании специального комплекса по РТ-2 я выпущу.

Когда мы прощались, Литвинов, отставший от министра, крепко пожимал нам руки и, хитро улыбаясь, говорил:

– Это что! Во время войны и сразу после нее, еще при Сталине, таких мирных разговоров не бывало.

6.4 ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ И ГИБЕЛЬ ГАГАРИНА

«Воспитательное мероприятие», проведенное 28 января Афанасьевым, Тюлиным и Керимовым, в определенной степени сплотило руководителей ЦКБЭМ. Мы прекрасно понимали, что инициатива этого «разговора по душам» исходила от Устинова.

К 50-летию Октября мы все же добились успеха – закрепились на плацдарме автоматической стыковки. Но при этом в «Союзах» выявилось столько слабых мест! Пока сближались, из активного корабля вытравили почти все топливо системы ДПО.