Княжий посол

Словом, случайные связи в походе тут в порядке вещей и изменой не считаются, если ты, конечно, не потащишь девку к себе в дом и не признаешь ее детей.

Данила многоженцем становиться не собирался, ему более чем хватало Улады, и в данный конкретный момент ему были куда более интересны достопримечательности Доростола, чем уличные проститутки.

Город действительно был красив, несмотря на запахи, не кварталы бедняков, понятно, а богатые дома, купеческие подворья, храмы! Данила ходил, смотрел на богатые особняки и поражался им.

Ощущалось в них что-то величественное, древнеримское, подлинно античное, но и проскальзывало что-то свое, славянское, вернее, то, что спустя века станет считаться славянским. Эх, был бы Молодцов архитектором, описал бы все красиво, а так – как сумел. Еще очень хотелось зайти в башню, полазить по стенам. Но тут уж, извините, чай, не музей, а настоящий режимный объект, особо любопытствующим суровые булгарские вояки могут быстро устроить экскурсию: со стены прямо в ров, без лестницы.

Перед самым выходом Данила все-таки поучился кое-чему полезному. Клек сказал, что пора бы Молодцову учиться рубить с седла, как и положено настоящему всаднику. Вечером они покинули город, варяг на Грозомиле, Данила на Угольке, нашли удобную поляну. Варяг воткнул пару палок в землю, насадил на них заранее взятые тыквы, вскочил в седло.

– Теперь смотри.

Клек с ходу взял в галоп, махнул мечом, и только половинки тыквы остались лежать на траве.

– Теперь ты!

Молодцов фыркнул про себя: делов-то, пришпорил коня.

И уже на скаку понял, что на прыгающем седле не так уж легко рубануть мечом. А тыквы этой вообще ни хрена не было видно, считай прыгающая кочка впереди, но Данила все-таки попытался рубануть ее, как показалось, в нужный момент, и едва не вывалился из седла. И это со стременами! Его мотнуло вбок за летящим мечом, перекосило в седле, левая рука натянула поводья, Уголек жалобно заржал и тоже принял в сторону. Молодцов чудом и усилием воли сохранил равновесие, отклонился назад и удержался на коне. Уголек умница, сам остановился через несколько шагов. И что обидно, от тыквы отскочил лишь кусок в мизинец толщиной.

– Мда… Молодец, я думал, будет лучше, – весьма задумчиво произнес Клек.

Весь оставшийся вечер они с варягом тренировали рубящий удар с коня. Как ни странно, Данила и, главное, Уголек быстро въехали, что от них требуется. На скаку приходится по-другому брать упреждение перед ударом и иначе рассчитывать силу.