Княжий посол

Воислав протиснулся среди своих, перехватил поудобнее меч и рукоятью саданул своего друга в висок. У Данилы екнуло сердце, но кузнец сам сделал шумный вдох.

– Вакула, ты как? – Батька потряс за плечо кузнеца, в ответ невнятное бормотание. Воислав растер ему снегом лицо, повернул голову, посмотрел в глаза. – Шибрида, держи его вот так, чтобы не вертелся. Запалите мне трут быстро. – Искру моментально высекли, поднесли промасленный шнурок батьке. – Вот так, хорошо. Вакула, смотри сюда, смотри на огонь. – Воислав принялся водить пламенем перед ножом, так чтобы отблески попадали прямо в глаза кузнецу.

Кузнец вдруг шумно выдохнул и обмяк мешком, сильные руки Клека и Шибриды облокотили его на березку.

– Ему раны нужно перевязать, и укутайте хорошенько. Южанин, останешься пока здесь, а мы по следу пойдем. – И тихий вопрос Шишкоеду: – Чего встал?

Снова гонка в лесу по узкой цепочке следов. Она никуда не петляла, а вела четко в одном направлении, насколько это возможно в лесу.

Разбойник-проводник опять замер.

– Впереди еще спуск к реке, – озираясь, сказал он, – но за ним сразу хитрая полынья. Напрямую спускаться нельзя, надо лыжи снять и спуститься вот по той коряге, которая надо льдом нависает.

– А дальше куда? – уточнил Клек.

– Потом еще десяток стрелищ, до острова на реке, весной там все разливается, не пройдешь. А сейчас едь сколько хочешь. Может, успеем их нагнать прежде, чем они до него доберутся.

– Чего стоишь тогда, снимай лыжи и спускайся.

Разбойник быстро закивал, скинул лыжи и осторожно пошел по занесенному снегом древесному стволу. Он дошел до середины, и коряга резко ушла вниз; Данила сперва подумал, что это ствол подломился, но сверху ухнуло еще одно дерево, в обхват шириной, и расплющило разбойника, тот даже звука издать не успел.

– Видно, много о себе думал, не все ему ловушки показали, – флегматично заметил Воислав. – Ну что, братья, осматриваем берег и спускаемся след в след, глядите в оба.

Спуститься на лед удалось без проблем, всю реку даже ночью было прекрасно видно, белый покров отлично отражал свет, и ехать можно было быстрее, не опасаясь, что какая-нибудь ветка выстегнет глаза.

И обережники поехали по одной лыжне, держась за древки копий друг друга. Получился самый настоящий санный поезд, Даниле и Бенему, ехавшим в середине, почти не требовалось прилагать усилия.