Княжий посол

Возвращался из Детинца Данила в смятенных чувствах; с одной стороны, награда, похвала князя, будущие почет и уважение, скорая свадьба с Уладой. С другой стороны, это значит, что их дружная ватага распадется, каждый отправится по своим делам, и что дальше?

– Батька, выходит, все правильно, что люди говорят? – напрямик спросил он.

– Что именно?

– Что ты в походы ходить не будешь, что ватага наша распадется."

"– Верно, – Воислав воздохнул, – стану боярином, буду с купцами рядиться, дань со смердов собирать, ну еще на Вече приходить к князю.

– Почему, это тоже хорошая жизнь. Жаль только, ты учить меня больше не станешь.

– А это и ни к чему, Молодец, главное я тебе показал, остальному сам выучишься. Только с чего ты взял, что ты меня больше не увидишь? На своей земле я тебе всегда буду рад. Или ты батьке не веришь?

– Да верю, конечно. – Молодцов улыбнулся.

– Вот и решили. Поедешь тогда со мной в дом.

– А у тебя жена есть, батька?

Воислав так на него посмотрел, что Молодцов быстро прикусил язык, но батька все равно несильно толкнул его плечом и завел в какую-то подворотню.

– А… – открыл было рот Данила, но Воислав прижал палец ко рту, а потом коснулся им глаза, знак: будь внимателен.

Тридцать ударов сердца они стояли недвижимо, вслушиваясь в затихающие (уже наступала ночь) улочки Киева.

– В чем дело? – все-таки решился спросить Данила еле слышно.

– Почудилось, что идет за нами кто-то, – уже обычным голосом сказал Воислав. – В большом городе всегда надо быть настороже, как будто ты по лесу идешь, в котором может притаиться враг. Будем считать это моим последним уроком тебе. Ну так что решили, после пира у князя едем к Радмиле?

– С удовольствием! – расправив плечи, ответил Данила и тут же добавил: – А мы к Вакуле проездом не попадем?

– Попадем, конечно, я ему еще должен товар из Булгарии привезти, как мы с ним договаривались, а что, тебе так важно к нему попасть?

– Да так, дело одно есть, – ушел от ответа Молодцов.

* * *Пир в Детинце не выделялся чем-то особенным, кроме количества и качества угощений, ну и дорогих гостей, которые сидели в шелках и бархате рядом с обережниками.