Княжий посол

Так что Клек со товарищи добрался до своих целыми и невредимыми. Лишь несколько стрел воткнулись в щиты, свешанные на спины, и то вошли едва по наконечник, на излете были.

За это время «Лебедушку» пристроили в хорошей оборонительной позиции, оттащили ее к правому высокому берегу Днепра, но не вплотную, чтобы камни на ладью сбрасывать нельзя было. Сам берег выглядел хорошо: заросший густым лесом, густо засыпанный снегом – чуть что, на него не взберешься стрелы метать. Во всяком случае, дело это будет небыстрое. На отмели кругом валуны, на коне не поскачешь.

Лава кочевников, вынырнувшая из-за поворота, сперва остановилась (Данила приблизительно не мог определить ее численность, ему казалось, что до хрена), а после короткого промедления копченые с диким визгом и воплями рванули прямо к ладье.

Увы, бежать лошадкам, тем более не отличающимся высоким ростом, зарываясь по грудь в снегу, было очень непросто. Поэтому вместо привычного стремительного натиска атака кочевников скорее напоминала барахтание табуна тарпанов, по ошибке угодившего в болото.

В степи кочевники бы просто рассыпались по полю и принялись метать стрелы в ответ, но в снегу всадник на лошади просто был очень крупной целью, и если наездник мог прикрыться щитом, отбить стрелу саблей, то далеко не каждая лошадка кочевника была прикрыта даже простым защитным вальтрапом.

Степняки откатились, оставив на снегу несколько трупов лошадей, вокруг которых быстро расползались алые пятна и поднимался густой пар. Копченые сами добили своих скакунов, чтоб не мучились, надо ли говорить, какое после этого у них было настроение?"

"Всадники с гиканьем и свистом отъехали на два полета стрелы, рассыпались цепью, а потом рысью стали неторопливо ходить по льду, замкнув круг.

Пока стрелы метали только единичные кочевники из самых сильных луков; их, летящие навесом, легко принимали на щиты.