Ты для меня?

А последовавшее признание произвело эффект разорвавшейся бомбы:

— Вчера их приемной комиссией был зарегистрирован абсолютно идентичный проект…с таким же названием…но, принадлежащий другой компании.

— Твою же мать! —  Рявкнул мужчина в сердцах. —  Как такое возможно?

Лера напряженно застыла, не в силах пошевелиться. Она находилось однажды на его месте, в его шкуре. Когда у нее подлым образом «увели» Розочку. Ту боль и отчаяние словами не передать!

А зная взрывной характер своего мужчины…

В общем, не удивительно, что он все воспринимал в разы острее.

— Банально. —  Процедил сквозь зубы. — Кто-то из присутствующих…помог конкурентам, предоставив им всю информацию. И прямо сейчас, наш начальник службы безопасности Максим Анатольевич выясняет, кто! Проверяются записи с камер видеонаблюдения за вчерашний день — из-за моего отсутствия, доступ к данным по проекту имели многие сотрудники. Изучаются абсолютно все электронные устройства, носители, средства связи на ваших рабочих местах. Виновный будет наказан по всей строгости закона.

Давыдов старший угрюмо кивнул:

— Даю! Связывайся с полицией. Пусть заводят уголовное дело. Прорвемся, сын. Не переживай.

Совсем рядом с Валерией раздался возглас Переплетчиковой:

— Герман Станиславович, а если Логинов оперативно вычислит мерзкого вредителя, у нас появится шанс восстановиться…

— Нет, Регина! Все шансы упущены. Возвращать «Времена года», и доказывать наше авторство теперь будем через суд.

— Нет смысла. —  Тихо пояснила девушке.

— Именно, — подтвердил Герман, глядя на нее в упор."

"Эмоции били из него неиссякаемым фонтаном. В них можно было утонуть.

Леру затрясло снова. Лишь усилием воли заставляла себя спокойно сидеть на пятой точке. Душа же, остервенело, рвалась к нему.

Должна обнять. Поддержать. Показать, что рядом. Облегчить боль. Помочь ему забыться, в конце концов.

Их красноречивые гляделки прервала вибрация его мобильника. Встрепенувшись, мужчина ответил на звонок:

— Давыдов.

Она не знала, кто звонил. Не знала, о чем шла речь — отвечал Герман тихо и односложно. Но, чувствовала…каждой клеточкой кожи, каждой молекулой, каждым волоском, что прямо сейчас…в эту самую секунду, происходит нечто ужасное.

Его облик менялся. С каждым новым ударом сердца, в нем оставалось все меньше человечности. Сейчас он куда больше походил на голодного разъяренного волка.

Полыхающий абсолютным безумием взгляд, свободная рука сжата в кулак.