Ты для меня?

Сказать, что стало не по себе —  ничего не сказать.

— Дерьмовый день, Мелкая. —  Глухо пробормотал. —  Слишком дерьмовый, чтобы быть настоящим.

Сейчас, как никогда прежде, Валерия ощутила собственную важность для этого мужчины. Он нуждался в ней. В ее поддержке. В ее внутренней энергии.

— Значит, мы переживем его, —  произнесла уверенно, накрывая его ладони своими, — чтобы завтра стать сильнее!

— Так и будет!

Поставив, таким образом, точку в разговоре, отстранился. А затем, уверенной поступью направился в переднюю часть конференц-зала.

За трибуной. Как великий оратор!

— Коллеги! —  Привлек внимание громогласным возгласом. —  Я собрал всех вас не для праздного любопытства, и уж точно не потому, что дьявольски соскучился! Попрошу прекратить лишние разговоры прямо сейчас, и сосредоточиться исключительно на мне.

Поставленной цели Герман добился, однозначно. Тишина воцарилась гробовая.

— Ни для кого не секрет, что мы принимаем участие в очень крупном тендере, по госзаказу. Победитель получит контракт от государства на строительство целого ряда жилых комплексов для малоимущих семей, и детей сирот. В течение шести месяцев мной лично, при неоценимой поддержке сотрудников нашего архитекторского бюро, был разработан уникальный проект, под названием «Времена года». Без преувеличения, моя гордость. Мое лучшее творение, в стиле современного…

Давыдов замолчал, а Лера непроизвольно вжалась в кресло.

Вот-вот, и разлетится на щепки. Раскрошится.

— Перейду к сути, — температура в помещении упала на несколько градусов. —  Сегодня я получил ответ от приемной комиссии. Господа, довожу до вашего сведения —  нас сняли с тендера!

Что? —  Взревела мысленно, отказываясь принимать жестокую истину.

Внутри все оборвалось, от подобной новости.

Господи! Этот тендер был так важен для него…

Зал буквально взорвался возмущенными шепотками. «Как?», «Почему?», «За что?» — раздавалось со всех сторон.

— Причина? —  Особым спокойствием уже не отличался и Станислав Юрьевич. —  В чем вся соль?

Герман отыскал взглядом отца.