Ты для меня?

Так и ходила с пунцовыми щеками, пока не уговорила Давыдова вернуться в родительский особняк. Правда, уже ближе к вечеру. Зато, как раз к ужину успели.

Никогда еще Лера не уплетала обычную жареную картошку с таким аппетитом. С зеленым лучком, и маринованными огурчиками. Пальчики оближешь.

Да! Станислав Юрьевич с головой окунулся в ностальгию, требуя от жены давно забытых, но простых и вкусных блюд. Наевшись, что называется, до отвала…они таки сообщили родителям о своем нелегком решении. Без подробностей. Только факты.

Но, и этого оказалось достаточно, чтобы Маргарита Алексеевна разрыдалась от счастья, а Станислав Юрьевич едва не расплющил обоих в своих медвежьих объятиях. В честь такого события, глава семейства откупорил бутылку коллекционного красного вина, превращая в торжество банальный ужин. За столом просидели еще около двух часов. И почти все это время, девушка пыталась убедить будущего свекра, что поведать столь счастливую новость своему отцу хотела бы самостоятельно. Несколько раз, откровенно рыча, Герман нетерпеливо вырывал мобильник из рук Станислава.

— Мелкая же ясно выразилась —  сама сообщит!

И Валерия вдруг задумалась…

Судя по всему, предстоящая встреча с новоиспеченным тестем, его не особо вдохновляла. Как и перспектива объясняться, почему так резко и беспричинно исчез из их жизни. А зная отца, именно об этом он и спросит, при встрече…вместо приветствия. И попробуй обмани, такого…тертого калача.

А если вдруг, упаси Господь, Давыдов решит поведать ему чистую правду…что же, у нее появятся все шансы почувствовать себя…вдовой.

Хотя, их вполне могут убить и вместе! Хвала небесам, время придумать легенду, и заучить наизусть в запасе еще имелось. Потому, решила повременить, и не сообщать пока родителю о своем грядущем замужестве.

Спустя некоторое время, уставшие и совершенно измотанные, они поднялись в комнату Леры. Однако после душа, принятого на скорую руку, мужчину в спальне она не обнаружила. Отчего-то стало тревожно, вдруг. Сама своих ощущений не понимала. Наспех обернувшись большим махровым полотенцем, направилась на поиски.

Вернее, попыталась. В итоге, застыла, едва шагнув на балкон, изумленно разглядывая открывшуюся взору картину. Герман устроил там своеобразное ложе, сдвинув две софы рядом. Даже успел застелить простыню. А так же, принести пару подушек и одеяло. Впрочем, и самого себя успел удобно уложить, на одну из сторон.

— Герман?

Завидев ее, Давыдов хищно оскалился:

— Сегодня будет теплая ночь. Проведем ее здесь.