Княжна

— Хорошо Ефим, коли это правда, пусть будет так, больше я ей не позволю ко мне прикасаться, но и запретить подходить не стану, ты уж с этим сам разбирайся.

— Конечно-конечно, княгинюшка, я с ней поговорю. — Смотря на меня лукаво, леший улыбался и не сдержавшись, перед тем как исчезнуть среди густых зелёных зарослей произнёс. — Зато теперь мы знаем княгинюшка кто появится на свет, новый потомок Вятского рода, радуйся княгиня, сына родишь, сильно и храброго, на отца своего похожего.

Только после того как он исчез я позволила себе улыбнуться и утереть скатившуюся слезинку счастья.

У нас будет сын! Радость то какая. Переполненная счастьем желая разделить его на двоих в тот же вечер поделилась столь значимой вестью со своим мужем. Долгие часы объятий, ласкового шёпота и любящих счастливых глаз. Глаз в которых сверкали огоньки благодарности, любви, нежности, заботы и трепета. Это невероятно, просто невозможно. На свете нет ни одного настолько любящего и преданного мужчины как мой муж. Смотря в его глаза и видя гамму нечитаемых эмоций, меняющихся словно ветер, не могла поверить в реальность прожитых с ним дней. Лишь растущий во мне ребенок, да ласковые поглаживания наперебой с жарким шепотом не давали усомнится в действительности. В нашем обоюдном счастье и моем тихом медленном познании себя, как будущей мамы. Всё чаще просыпаясь ночами от голода или бессонницы слушая размеренное дыхание мужа или детский плачь в соседней светлице. Как-то раз не вытерпев, накинув халат и надев мягкие тапочки, вышла тихо претворив за собой дверь. Стоя под дверью и не решаясь войти уже хотела уйти, но меня остановил крик ребенка. Захлёбываясь, заходясь в плаче истошно кричала последняя княжна радимичей. Не стерпев настежь распахнула дверь, и застыла в немом изумлении лишь одна крошечная малышка продолжала истошно кричать на вытянутых руках у нянюшки. Не сказав ни единого слова, лишь взглянув на испугано попятившуюся женщину, подошла к ней вплотную и бережно забрала кричащее дитя. Аккуратно держа покрасневшую мокрую малышку, чувствовала, что начинаю звереть, готовая в любой момент броситься на горе няньку и растерзать. Вдохнув и выдохнув, схватила сухие вещи, переодела ребенка, запеленала и смотря прямо в глаза испуганной женщине сказала одно единственное «сидеть» сама же развернулась и вышла. Я спускалась покачивая кричащего ребенка. Мне срочно нужна была новая кормилица. Что случилось со старой и почему она резко стала дерганой и злой не могла понять.