Княжна

Сказали, что присмотрят за ладьями, чтобы ни у кого не возникла желания присвоить чужое. Тогда Ярослав снял всё же с себя гривну и передал её Гуннульву. Сказал, что если не хватит на медь и олово, то гривну обменять на недостающее. По выражению лица нурмана я поняла, что он её никому не отдаст. Ему проще кого-либо ограбить. Что он в пути и сделал, как позже мы узнали. Нурманы разграбили караван купцов из Булгара, которые тоже шли в Новагород. А ещё разграбили несколько селений полян, нагнав полон, который продали в Новагороде или как его называл Ярослав — Новгороде.

Гривну Гуннульв привез назад. Мой муж только посмеялся и подарил её побратиму. Еще Ярослав наказал купить железо в крицах, которое возят от свеев. Нурманы подтвердили, что свейское железо очень хорошего качества. Меня распирала гордость за моего мужа, то что он делал, заслуживало восхищения. Мой любимый, стал неотъемлемой частью нашей жизни и моего сердца, его как никого и никогда уважал люд, а дружинники под его началом, чтили как родного батюшку, он ведь для них сделал невозможное. Соорудив на свой лад полосу препятствий, как он сказал, ежедневно под своим чутким руководством гонял младшую дружину из отроков, заставляя тренироваться, поначалу им было тяжело, со всех сторон слышались стоны и бранные слова, но спустя какое-то время им даже понравилось. Юноши стали устраивать соревнования, спорить, а мой муж, подогревая их интерес, выдавал победителю, что-нибудь необычное. Очень часто за этими тренировками наблюдали старшие дружинники и даже сами принимали участие, с азартом пытаясь доказать молодым, что они лучше.

Наша жизнь была не только в заботах, но и в сладких томительных ночах, посвященных друг другу. Когда за закрытыми дверьми, каждый из нас старался доказать что его любовь сильнее! Порой, лёжа на груди своего мужчины задумывалась, а что бы было, не появись он? Какая ждала бы меня участь, что бы было с моим народом? Но спешно отгоняя страшные мысли, покрепче прижималась и целовала, не забывая говорить, как сильно я его люблю.

"

"После бойни с хузарами, полянами и предавшими нас вятичами, к нам присоединились остальные не явившиеся на выручку племена. Их было очень много, когда в один из дней на пороге нашего города замаячили фигуры всадников и пеших, дружинники, стоящие в карауле забеспокоились и позвали Бояна с моим мужем. Стоило пришедшим подойти ближе, как мы узнали в них «своих». В тот вечер, впервые состоялся совет, на котором мнения вождей разошлись.