Княжий человек

Сперва клинок обрушился на металлические бляшки, нашитые на плече, вдавил их, погнул. Противник пошатнулся, но перестал разворачиваться, а варяг продолжил вести меч вперёд и вниз, и затем – резко к себе. На обратном ходу лезвие легко вспороло кожаный рукав на предплечье, рассекло мышцу под ним. Разрез сразу наполнился кровью, густые чёрные капли упали в пыль.

– Не боец! – крикнул один из гридней, судивших поединок, и вознамерился огреть бойца Гимли тупым концом копья на случай, если в горячке боя воин не почувствовал раны.

Но воин сам опустил топор вниз и ушёл к зрителям.

Клек поздравил брата радостным возгласом и сам немедленно снёс верхнюю кромку щита своему противнику. Тот ошалело отпрыгнул назад, покрутил головой, глядя на приближающихся варягов. Оба они сбросили щиты и поигрывали мечами. Поединщик воздел секиру к небу и с рёвом бросился на них.

А Данила в это время разбирался с Блондином. Враг его оказался не столько квалифицированным, сколько собранным и внимательным, крепко знающим то, чему его обучили.

Отбивался он грамотно, экономно, атаковал тоже правильно.

Данила, пользуясь преимуществом – секира против меча, – давил Блондина, стремился после удара загнать свой клинок за щит, в ноги или в лицо, тем самым пустить кровь и окончить бой. По сторонам смотреть, как там обстоят дела у друзей, он и думать забыл.

Вроде бы всё хорошо получалось, если бы не одна деталь – достать Блондина всё никак не выходило! По опыту рукопашки Молодцов хорошо знал, что вырубить ушедшего в глухую оборону оппонента крайне трудно.

И тут после пары десятков ударов до него начало доходить, что его враг вообще-то куда выносливее.

Данила сделал перерыв в атакахи сам чуть не получил секирой в голову. Отклонился назад. Едва ушёл от удара в колено (Блондин пустил секиру по кругу), упал набок, перекувыркнулся. Щит, который приходилось держать за поперечную рукоять, здорово мешал, но Данила всё равно успел его прокатить и встать на колено. Закрыл щитом голову, приготовился встретить атаку.

Блондин сделал один маленький шажок. Молодцов рванулся навстречу, в невероятной растяжке ударил мечом. Сильно, но бесхитростно. Почти. Бил Данила не на уровне ног – тогда противник мог подпрыгнуть и обрушиться сверху, – а на уровне таза. Блондин был вынужден блокировать удар, но всё-таки долбанул Молодцова в щит и тут же ушёл вправо, здраво рассудив, что переть в лоб на того, кто легко может посечь твои ноги, опасно, а вот обойти, зайти за спину – милое дело.