Княжий человек

Правильно Вакула говорит: трудно мужу с тобой будет, – попытался отшутиться Молодцов.

– Значит, не возьмёшь? – серьёзно спросила девочка.

– Я же тебе говорил: я христианин и мне нельзя брать ни второй жены, ни наложницы.

– Да, жалко, я бы и Уладе твоей помогала.

Данила стиснул зубы. Если честно, то никаких религиозных табу, касающихся двоежёнства, для него не было. Да и в будущем чуть ли не большая часть мужчин имеет «наложниц», и это даже почётным считается. В том-то и дело, что Улада для него была и оставалась одной-единственной, но и отказать юной девочке, спасшей ему жизнь, было трудно.

Данила представил себе какого-нибудь туповатого увальня, который будет бить Наську, заставлять её работать от темна до темна. Блин, эта девчушка достойна большего!

«Ты не можешь сделать счастливыми всех женщин», – пришла здравая мысль, и буквально вопреки ей Данила сказал:

– Помнишь, я говорил тебе, что поговорю с Вакулой о твоей женитьбе?

– Угу.

– Так вот, я и поговорю! Всё, до встречи.

Данила не решился как-то приобнять или поцеловать девочку, ушёл молча, чувствуя себя идиотом, нашёл кузнеца, тот укладывал гостинцы на телегу, в которой ему привезли руду, – её полагалось вернуть хозяину. В телеге уже сидела Улада. Стараясь на неё не смотреть, Молодцов сказал:

– Вакула, можно тебя на разговор?

– Можно.

– Отойдём?

Кузнец выполнил просьбу.

– Вакула, ты ещё с замужеством Наськи не определился?

– Да, пока ещё не решили ничего. Вроде обговаривали с несколькими людьми, но сватов ещё не засылали.

– Послушай, а можешь до моего возвращения свадьбу не играть?

– А что так?

– Ну, можешь? Мы в Булгарию идём, в конце весны уже в Киеве будем.

– Могу. Всё равно раньше будущей осени никто обряды справлять не будет.

– Ну, тогда договорились. До встречи!

Данила попрощался с кузнецом, сам не понимая, зачем всё это наговорил, но сделанного не воротишь.

После того разговора с Вакулой прошло два месяца, и Молодцов о ситуации, которую сам же и создал, предпочитал не думать.