Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

И после того, как они в своей неуклюжести отбили все ноги о собственные мечи они три раза разнесли в пух и прах нашу армию, захватили целую провинцию и угрожают столице Локхера. Ну и кто тогда, получается, мы, если такие растяпы такое сделали?

Сторн озадаченно зачесал лоб.

— Песня не должна унижать наших врагов, — эмоционально попытался объяснить Володя. — Наоборот, надо подчеркнуть их достоинство, показать что да, они сильны и храбры, но правда за нами и мы, если все дружно возьмёмся за дело, победим. Да, нам будет тяжело, но мы всё равно сильнее! Понимаете? А эти вот ваши куплетики оставьте для трактирных певцов — там они в самый раз.

Володя на миг замер, потом схватил гитару.

— Эх, опять не для неё песня, но что-нибудь выжать постараюсь:

Вставай, страна огромная,Вставай на смертный бойС фашистской силой тёмною,С проклятою ордой! Пусть ярость благороднаяВскипает, как волна, —Идёт война народная,Священная война!Стих последний аккорд, но Сторн ещё долго сидел с открытым ртом.

— Вы, милорд, говорите, что она не под этот инструмент?

— Нет. Там должен оркестр играть, разные инструменты, ударный, трубы.

— Я как-то слышал игру оркестра… Может быть можно было бы подобрать… но где людей взять…

— Скоро сюда придёт моя армия, подойдёте к Лигуру, передадите от меня, что вам нужны люди. Не знаю… устройте проверку им и забирайте всех, кого сочтёте нужным. Будет у вас оркестр. Считайте это первоочередной задачей, а пока мне нужна песня. Песню, которую исполнит ваш оркестр!

— Милорд… Милорд, вы позволите мне собрать оркестр?! Да я… Да я за это…

— Что этот оркестр играть будет? Пока не будет песни какой в нём смысл?

— Будет песня, милорд! Будет такая, как вы хотите! А может эту вашу использовать? Если вы переведёте мне её я мог бы приспособить.

— Перевести? Гм… Песня несколько специфична. Переделывать много придётся. Ладно, записывайте.

Винкор тотчас уселся за стол и приготовил чернильницу и бумагу. Володя подождал, когда тот будет готов и стал медленно диктовать, подбирая слова.

— Я не знаю как перевести «фашисткой». Это не предмет, а… движение такое нехорошее, которое считало одних людей лучше других и соответственно лучшие должны владеть худшими.

— Но это по жизни так, — кивнул Винкор. — Благородные должны владеть низким сословием.

Володя поморщился.

— Не так владеть, а как животными владеют. В общем, неважно. Очень плохая секта.

— А-а-а, — понятливо кивнул Винкор.