Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

— О да, — с трудом сдержал смешок Володя, но Аливия услышала и надулась.

— Всего один раз кашу и сожгла…

Володя усмехнулся, поднялся и стал ей помогать, раскладывая тарелки.

— А почему столько?

— Потому, что скоро твой брат придёт и отец. Думаю, они тоже захотят покушать. Кстати, Кнопка, давно спросить хотел, но как-то всё не получалось. Ты же говорила, что у тебя два старших брата?

— Ага. Ещё Освальд. Ему двенадцать.

— А где он?

— В столице… так папа мне сказал. Он там был по своим делам вместе с ним, а потом не стал брать, ему надо было срочно вернуться, вот и оставил его в одном из наших домов.

А потом эта проклятая осада… ну так папа говорит.

— Понятно. А не скучаешь по братишке?

— По этому болвану??? Конечно нет! Он постоянно дерётся. А ты меня с мечом научить обещал обращаться.

— Аливия, ну ты же девочка! Зачем тебе это?

— Ты обещал? Неужели ты собираешься нарушить своё слово? Ты сам меня учил, что если дал слово, то его надо держать.

— Всё-всё.

Я всё понял. Я обещал, я обещание выполню, но только немного позже. Тебе ещё восстановиться после болезни надо. Побольше витаминов, больше прогулок.

— Ага. Я уже тренироваться начала… слегка-слегка, честное слово!"

"Скорее всего, Конрон что-то объяснил командующим отрядам и Володю до самого вечера почти не тревожили. Только Джером заскочил с докладом по текущим делам, и от Филлипа был гонец с сообщением по потерям. Под вечер появился сам Конрон вместе с Осторном и Рупертом.

Все втроём о чём-то оживлённо спорили, но стоило им войти в гостиную, где Володя, удобно устроившись в кресле слушал рассказ Аливии про её путешествие с отцом с одни из его караванов. Само путешествие, как понял Володя, было не очень длинным, по сути в соседний город, но для шестилетней девочке оно запомнилось и теперь она делилась теми давними воспоминаниями о первом путешествии.

— Ой, папа пришёл! — Девочка вскочила и бросилась к отцу.

Осторн подхватил дочь и слегка подкинул.

Аливия на руках обернулась и показала Володе язык.

— А ты так не можешь?

— Скорее ты с ним так можешь, — хмыкнул Конрон. Володя сердито посмотрел на ухмыляющегося друга, потом на хихикающую Аливию и вздохнул.

— Я, между, прочим, ещё расту. Мой отец был двухметровым гигантом.

— Правда? — распахнула глаза Аливия.

— Нет, — вынужден был признать Володя — врать вот так в лицо Аливии не хотелось. — Всего лишь метр семьдесят шесть.