Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Бывший раб озадаченно нахмурился, но спорить не стал, отдал несколько команд и весь полк почти согласованно выстроился левее остальных отрядов. Володя же медленно двигался вдоль строя, вглядываясь в лица людей. Вот он замер перед другим отрядом ополченцев и отправил их строиться рядом с полком Лигора. Дошёл до конца строя, выделив ещё тридцать человек.

— Что ж… я вас всех поздравляю. — Когда он заговорил, площадь вдруг затихла. Кажется, все поняли в этот момент, что сейчас будет сказано нечто очень важное.

Володя сглотнул, но тут же вскинулся.

— Командирам, выделить каждого десятого из тех отрядов, которые остались в строю и построить их вон там.

Возникшее оживление, больше похожее на панику, было мигом подавлено и на площади вновь воцарилась тишина. Наконец разделение закончилось и перед виселицами выстроилось чуть больше тридцати человек. Тут перед строем вытолкали пятерых потрёпанных человек и быстро поставили на колени. Вперёд вышел Конрон."

"— За побег с поля боя и дезертирство эти пятеро приговариваются к смертной казни.

Дождавшись, когда осуждённых приволокут к виселице и накинут петли на шеи он отошёл и вперёд снова вышел Володя. Ему не очень нравилась это, но Конрон всё же сумел убедить его не отдавать приказ о казни лично. Мальчик даже в глибине души не готов был признать, насколько был рад этому. Ему было стыдно до ужаса, но поделать ничего не мог. Похоже, Конрон, обычно не очень разбирающийся в людях, на этот раз сумел разобраться в нём лучше, чем себя понимал сам Володя.

— Что ж, значит решили так спасти себя… Бегством… И как? Получилось? — Володя остановился перед одним из убитых. — Вы ведь его знаете? Скорее всего, чей-то сосед или друг…

— Мой сосед, замечательный булочник… был… — раздалось вдруг из строя. На голос зашикали, но Володя тут же вскинулся.