Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

— Да знаю, я Лигор! Но где я их возьму? И так все склады уже опустошены! Сколько не хватает?

— Ещё бы комплектов двести… это самые нуждающиеся у которых кроме щита никакой защиты.

Володя вздохнул.

— Сколько сейчас всего людей?

— Пятьсот с небольшим.

— Мда… Ладно, переговорю с Роухеном. В крайнем случае разденем ополченцев, которые останутся в городе — им доспехи всё равно не пригодятся."

"Роухен к такой идее отнёсся очень отрицательно.

— Чтобы я отдал их рабам? Да ни за что!!!

Мальчик постарался воззвать к разуму.

— Да пойми ты, этим ополченцам всё равно на стенах города сидеть, а тем в бой идти.

— Они хотели кровью завоёвывать себе свободу? Вот пусть и завоёвывают! Не дам!

Володя ещё минут пять пытался уговорить начальника гарнизона, но в конце концов не выдержал:

— Через два часа выделить те отряды, что остаются в городе и найти двести комплектов доспехов! Если через два часа их не будет у Тортона появится новый начальник гарнизона! Приказ ясен?!

Под яростным взглядом Роухен чуть отступил и отвернулся.

— Я доложу тиру Конрону. Это надо с командующим согласовывать.

— Во-первых, ты знаешь, что Конрон мой приказ всё равно поддержит, а ты потеряешь только время из выделенных тебе двух часов. А во-вторых, ты всё равно сначала выполнишь мой приказ, а потом будешь докладывать о нём кому угодно. Хоть самому господу богу!

Угробить только-только создающуюся новую армию из-за упрямства Роухена Володе не хотелось совершенно — столько сил в неё вложил, сколько времени сидели с Лигуром, обсуждая тактику подразделений.

— Это ж сколько тренироваться надо, чтобы такое творить…

— Много. У нас столько времени всё равно нет. Потому сильно усложнять не будем — главное научить твоих людей держать строй и слушать команды.

Лигур вроде бы не спорил, но Володя заметил, что на тренировках некоторые приёмы из услышанного всё же отрабатывает.

Следующим пунктом было неприятная, но необходимая обязанность, которую хотелось оттянуть как можно дальше, но увы. Игра уже началась и медлить дальше с принятием решений становилось рискованным.

Скрипнула дверь и Володя вошёл в уже знакомую тюремную камеру. Раймонд поднял голову.

— Уже?

— Мой человек уже на кораблях. Время пришло, Раймонд.