Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Арвид уже было облегчённо вздохнул, но после последних слов крепко задумался — намёк более чем прозрачен. Очень не хотелось ему упускать новые знания.

— А почему вы решили, что Лиром одобрит моё назначение?

— Лиром такие вопросы не решает.

— Ну ладно, пусть тир Конрон Пентарский.

— Конрон занят исключительно военными вопросами и в эти дела тоже вмешиваться не станет. Эту должность вам предлагаю я.

— Хм… И кто же вы, князь?

— С сегодняшнего дня военный комендант города, по сути, его правитель пока идёт война.

Новость вызвала в комнате всеобщий шок, даже Филипп изумился — о результате совещания ему так и не сообщили.

— Гм… это назначение одобрил магистрат?

— Город с сегодняшнего дня на военном положении, и такое решение Конрон, как командующий гарнизоном, назначенный королём, принимает единолично. До конца боевых действий магистрат отстранён от решения всех вопросов.

— Так значит, это из-за тебя сегодня закрыли порт и я не смог отправить корабль с грузом! — вдруг дошло до Осторна. За то время, какое Володя провёл в доме купца, тот уже привык относиться к нему почти как к своему, порой забывая о его более высоком социальном статусе.

Вот и сейчас кинулся в спор, но вдруг наткнулся на какой-то странно равнодушный взгляд, словно этого юношу совершенно не интересовали такие мелочи."

"— Я вам очень советую как можно скорее привыкнуть к такому положению вещей. — Это холодное равнодушие в глазах и голосе давно уже стало для Володи своеобразной защитой в случае каких-либо осложнений. Он прятался за эту маску безразличия настолько умело, что никто и никогда не мог понять, что на самом деле он чувствовал.

Зато всем казалось, что если этот странный ребёнок настолько равнодушен ко всему, то неизвестно, на что он может решиться. Это равнодушие часто пугало его педагогов на Базе… кроме психологов. Те быстро разобрались, что на самом деле скрывается за этой маской, и даже научили, как порой лучше ею пользоваться. Сейчас Володя использовал их советы по полной. Осторн, напоровшись на это абсолютное безразличие во взгляде и голосе, вдруг как-то разом сник и попятился.

Но тут вдруг Аливия соскочила со своего места и направилась прямо к мальчику. Купец попытался задержать дочь, но она вывернулась из-под его руки и, подойдя к Володе, прислонилась к нему.

— Опять у тебя такой взгляд, — прошептала она. — Ты меня тогда сильно-сильно напугал… когда я очнулась у тебя в доме… ты так же на меня смотрел…

Володя вдруг вздрогнул и посмотрел на девочку. Вздохнул.

— Ох.