Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Я, конечно, всё дополнительно промыл антисептиком, повязку обязательно менять два раза в сутки и ещё первые дни придётся колоть антибиотики… Не хотелось бы, конечно, но бережёного бог бережёт, как у нас говорят. Но если через двое суток процесс заживления пойдёт нормально, то она будет жить. Всё станет ясно через двое суток.

Арвид подошёл к спящей девочке, приподнял одеяло и внимательно изучил повязку. Покачал головой.

— Сколько живу, но такого никогда не видел… и эти необычные инструменты.

Володя промолчал.

Устало протёр глаза и отвернулся. Врач тоже думал о чём-то своём, медленно покачивая головой.

Глава 24

Следующие два дня Володя практически не покидал комнаты Аливии. Отлучался только по необходимости, когда девочка засыпала. Здесь же крутился и Арвид, испросивший разрешения у Осторна вести наблюдение за больной. Купец явно испытал от этого большое облегчение и с радостью позволил. Вот и получилось, что у постели Аливии они находились вдвоём почти постоянно.

При этом Володя, крайне подозрительно относившийся к методам лечения местных врачей, очень настороженно следил за тем, что пытался дать Аливии врач без него. Того явно задевало такое недоверие, но он не спорил, поскольку видел, что с каждым днём девочке становилось всё лучше, а шов заживал без всяких нагноений и был очень чистым. Хотя Аливия постоянно жаловалась на боль в боку и периодически хныкала, Володя как мог успокаивал её, уверяя, что так и должно быть, ибо разрез живой ткани даром не проходит. Потом поднялась температура, и Володя, несмотря на всё нежелание, всё-таки решил сделать несколько уколов антибиотиков.

Арвид, присутствующий при этом, долго нюхал бесцветную жидкость, потом изучал шприц.

— Поразительная вещь, — пробормотал он, рассматривая иголку. — Какая тонкая работа. Это всё сделано для лечения?"

"— Да, — коротко отозвался Володя, поправляя одеяло.

Арвид вздохнул, отложил иглу и сел на табурет в углу, откуда слушал очередную историю, которую князь рассказывал девочке, чтобы отвлечь её от болезни.

Но вот Аливия задремала, и он подсел поближе.

— Я всё равно не думаю, что ваша операция поможет, — в который раз, споря скорее с собой, говорил он Володе. — Ведь если этот отросток Господь поместил в нас, значит, он для чего-то нужен и его удаление неизвестно как скажется на здоровье человека.

— Нужен и известно для чего нужен, — привычно отозвался Володя и замолчал.