Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

После смерти жены и дочери, он целиком сосредоточился на делах, а здесь всё ведёт его старший сын… Если хотите, можно сходить к нему. Сам купец сейчас в столице, занимается поставками продовольствия для армии. По слухам, он должен вернуться через семь дней.

— Через семь дней, говоришь? — задумчиво протянул Володя. — Что ж, не будем спешить. Позаботься, чтобы я получил известие, когда вернётся Осторн.

— Да, милорд.

— А мне придётся подыскать предлог для знакомства с этим семейством… Транхейм… А что такое Рикерт?

— Рикерт, милорд?

— Аливия при знакомстве представилась мне как Аливия Рикерт Транхейм.

— Не знаю, милорд. Узнать?

— Если будет подходящий случай. Возможно, я раньше узнаю. Ладно, на сегодня можешь быть свободен… до вечера, точнее. Пока будем обустраиваться. Нам бы ещё кухарку нанять и парочку слуг для ухода за домом…

— Если милорд позволит…

— Позволит. Только, Джером… впрочем, неважно.

Воспользовавшись разрешением, Джером немедленно исчез.

— Филипп, не желаешь размяться?

— Милорд?

— Давненько мы с тобой не тренировались, а я ещё вашу школу не очень понимаю. Не против?

— Конечно, милорд.

— Торг, не хочешь присоединиться?

Телохранитель графини удивлённо вскинул бровь, потом покачал головой.

— Прошу прощения, но нет.

А жаль. Мальчик окинул его оценивающим взглядом.

— Милорд… разрешите вопрос? — После тренировки Филипп и Володя растянулись на траве, отдыхая. Мальчик обдумывал прошедший бой, пытаясь сообразить, что именно показал ему Филипп и… что не показал.

— Вопрос? — очнулся он от дум. — Ну давай.

— Почему вы решили помочь графине? Вы понимаете, что это для вас может быть опасно?

— Хм… Считаешь, надо сдать их властям?

— Не обязательно. Ну не хотели их сдавать — выгнали бы, но вы же позволили им остаться с нами, подвергаете свою жизнь опасности.

Володя согнул ноги и в прыжке вскочил с земли.

— Возможно и так. Только… Не могу я их выгнать. Это будет тоже самое, что и сдать. Даже не так, сдать властям милосерднее, поскольку так у них есть шанс остаться в живых. Выжить же одним в чужом городе…

— У них телохранитель есть.