Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

А тебе зачем?

— Вчера не закончил. Кнопка, пожалуйста, не мешай.

Пристроившись на бухте каната, Володя достал не очень качественные листы бумаги местного производства, карандаш и снова углубился в черчение, уже не обращая внимания ни на кого. Телохранитель дам, напрягшийся с появлением Филиппа, теперь, довольный, что всё закончилось так спокойно, снова расслабился.

Дама неторопливо приблизилась и замерла рядом, Володя делал вид, что целиком поглощён вычерчиванием графика.

— Ваша светлость? — первой не выдержала эту игры дама.

 — Я полагала, что знаю все герцогские семьи королевства.

Володя вздохнул, отложил листы и встал."

"— Возможно и так, не буду спорить. Но я не принадлежу ни к одному герцогскому роду Локхера или Родезии. Я иностранец и прибыл издалека. Князь Вольдемар Старинов к вашим услугам. Титул князя в моей стране примерно соответствует титулу герцога королевства, потому мой вассал и обратился ко мне таким образом.

— Графиня Лорниэль Лурдская, моя дочь Генриетта. Честно говоря, не думала встретить на этом корыте кого-то равного по положению.

— Графиня, — снова вздохнул Володя, — корабль, конечно, не очень велик, но называть его корытом всё же не стоит. Не забывайте, что вы находитесь на нём. Тем более не стоит так говорить при капитане хотя бы из вежливости. Вам ведь тоже не понравилось бы, если бы гости стали плохо отзываться о вашем доме.

Дама вспыхнула.

— Я буду говорить то, что думаю! Я графиня…

— Это, на мой взгляд, только лишняя причина быть вежливым с тем, кто не может ответить на грубость.

Извините за резкость, графиня. — Володя чуть склонил голову, ожидая реакции. И она не заставила себя ждать — похоже Лорниэль не привыкла к такому к себе отношению.

— Интересно, где вас обучали так обращаться к женщинам, князь, — презрительно бросила она.

— В военной школе, графиня. Прошу прощения за свою непочтительность.

— Оно и видно. — Видя, что собеседник совершенно не настроен продолжать спор, графиня попыталась расшевелить Володю, но ей быстро надоело слушать в ответ на презрительные реплики вежливые, совершенно равнодушные извинения.

Все её завуалированные оскорбления и намёки как от крепостной стены отскакивали. Этот странный князь словно не замечал, что его оскорбляют или пытаются унизить, а его вдруг проснувшаяся запредельная вежливость выставляла графиню совсем уж какой-то невоспитанной провинциалкой. Почувствовав, что проигрывает, дама сердито хлопнула себя по боку.

— Надеюсь, мы ещё не раз встретимся за время плавания, князь.