Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Спросил у трактирщика и тот указал на тех людей. Девочка мне понравилась — сильная, здоровая. Я заплатил за неё пять крон — мне позволено было тратить не больше десяти на покупку. Только…

— Что? — Конрон нахмурился.

— Дык это… наказали её. В темнице сейчас сидит… я хотел господину Сигизу доложить, и узнать, что делать, только не нашёл.

— В темнице?

— Ну да… она умудрилась сломать руку Донгу.

— Что? Ты хочешь сказать, что эта девочка сломала руку одному из моих солдат?

— Ну да. Сам бы не видел, никогда не поверил бы.

Володя опять начал вставать, но на этот раз его остановил просящий взгляд рыцаря. Судя по всему, эта немая просьба дорого ему далась и не прислушаться к ней мальчик просто не мог. В конце концов, что сердиться на солдата? Он всего лишь свой долг выполнял в меру своего разумения. По-настоящему сердиться стоило на тех людей и трактирщика. Похоже, слухи не врали и он действительно наводчик.

— Продолжай, — кивнул он солдату.

— Ну так что? Привёз, сдал с рук на руку. Всех слуг выстроили во дворе, вытряхнули из мешка девчонку, ну она и бросилась на нас. Донг схватил её, так она как-то вывернулась, ну Донг и рухнул на землю. Лежит и стонет, за кисть держится… врач-то наш под Берском остался, один коновал и есть… сказал перелом. Ну мы-то девчонку схватили в подвал сунули, чтобы значит господину Сигизу всё доложить, пусть разбирается.

Конрон посмотрел на Вольдемара, но тот сидел с совершенно равнодушным видом, однако отчего-то от этого его равнодушия становилось как-то неуютно.

— Вот что, давай-ка вниз и веди эту девчонку сюда. Очень уж мне хочется посмотреть на того, кто умудрился сломать руку моему солдату.

Когда солдат ушёл, Конрон подошёл к Володе.

— Милорд, я прошу прощения… Я не знаю, как…

Володя тоже встал.

— Не надо извиняться, тир, — он скопировал обращение солдата и, судя по всему, сделал правильно. — Вашей вины тут нет. Ни вы, ни ваш солдат не могли знать, что те люди обманывают вас.

— Сигиз, — обернулся Конрон. — Из-за этого трактирщика я оказался в очень нехорошем положении перед моим гостем князем.

— Я сейчас распоряжусь, тир. — На этот раз в голосе сюзерена прозвучал отчётливый приказ и ни о какой фамильярности речи идти не могло.

— Забудьте об этом типе и тех людях, — хлопнул Володю по плечу Конрон. — И я ещё раз прошу у вас прощение за это недоразумение.