Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

— А я тебя не для спортивной арены готовил.

— Я к тому, что хулигана с улицы тоже недооценивать не надо.

Наставник изучающе глянул на мальчика.

— Личный опыт?

— Нет. — Володя отвернулся. — Просто видел.

Драка началась совершенно неожиданно. Я вместе с Жоркой и Милкой сидел недалеко от входа в метро, прося милостыню. Милка была ещё младше меня, и ей люди подавали всегда больше. Большущие жалостливые глаза, растрёпанные волосы, аккуратные лохмотья… я часто глядел на Милку, пытаясь понять, каким образом даже старые тряпки смотрятся на ней шикарной одеждой.

Настоящее имя Милки никто не знал. К Гвоздю она попала раньше меня, говорила плохо и всё время повторяла имя Милка. Может быть, так звали ей любимую кошку. Кто знает… а как она оказалась на улице и кто её родители она сказать не могла. Так и повелось с тех пор: Милка и Милка.

— Всё-таки, миледи, не может быть, чтобы вас бросили, — частенько повторял Гвоздь, задумчиво изучая девочку. — Откуда же вы? Может, с далёкой звезды прилетели к нам?

Милка смеялась.

— Со звезды, — радостно повторяла она. — Конечно, со звезды.

— Ага, оттуда, — насмешливо отвечал Мартынюк Иван по прозвищу Мартын и привычно добавлял нечто непечатное, за что немедленно ловил подзатыльник от Гвоздя.

— Как не стыдно, шевалье? Тут дамы! Чтобы больше я такого не слышал!

— А чего ты обзываешься? — всерьёз обиделся Мартын, потирая шею.

— Я обзываюсь?

— Ну, это… ше… шелье какой-то.

— Да будет вам известно, дорогой мой невежественный друг, что шевалье в переводе с французского означает рыцарь.

— А-а-а-а.

Порой Гвоздь начинал изъясняться такими сложными оборотами, что его трудно становилось понять. Разные сэры, шевалье, кавалеры так и сыпались. Красиво, но непонятно. Правда, он всегда объяснял значения этих слов. Он вообще знал много разных историй. Рассказывал о Жанне д’Арк и партизане Денисе Давыдове, как открывал Америку Колумб. Особенно нас смешила ситуация, что плыл он в Индию и до конца жизни был уверен, что в Индию и приплыл."

"Уже позже я узнал историю Гвоздя, которую тот нехотя рассказал в ответ на мои расспросы:

— Да ничего интересного, шевалье.

Единственный сын вполне обеспеченных родителей. Надёжа и опора. Начитанный мальчик. А потом один раз проявил слабость и ширнулся на дискотеке. Когда понял, что обратной дороги уже нет, сбежал из дома. Так что учитесь, сэр, на чужом опыте. И если увижу вас с наркотой — убью сам. Из милосердия.

Я затряс головой — видел, что Гвоздь не шутил.

— Вот и хорошо, если понимаешь.