Князь Владимир

Ночь была ясная, звездная. Таких огромных и ярких звезд Владимир никогда не видел на своей северной родине. И небо не бывало таким угольно-черным.

Он вздохнул:

– Пойдем, Олаф. Ночью люди с таким, как у тебя, слабым здоровьем должны спать.

– Какие мы молодцы, – пробормотал Олаф. – Мы только проехали городские ворота, а уже успели обрести полдюжины врагов! Надеюсь, это еще не все…

– Не понравился этот с черными усами?

Олаф зябко передернул плечами:

– Он мне будет сниться!.. Надеюсь, я его больше никогда не увижу.

Разве что в кошмаре. У него яд стекает с зубов по бороде, а глаза как острия стрел…

– Не поминай черта, – посоветовал Владимир.

– Почему?

– А то придет.

– Я не верю ни в сон, ни в чох!

Они вернулись через зал, где уже не осталось следов разгрома. Все ели и пили, позабыв про ссору. Владимир на ходу кивнул белому как мрамор хозяину:

– Не забудь, кувшин вина в нашу комнату!

– Два! – крикнул Олаф.

– Два, – кисло согласился Владимир.

Они поднялись на второй этаж. Коридор был неширок, а в том конце стоял человек со сросшимися на переносице бровями.

Рука Олафа дернулась к мечу. Черноусый протестующе выставил руки:

– Я с миром. У меня нет обиды, что вы вмешались! Вы проезжие, наших ссор не знаете.

– Но семеро на одного! – сказал Олаф, набычившись.

Чернобровый кивнул:

– То надо броситься на защиту слабого. Понятно. Но он не слабый, в том вся задача. Я бы хотел обсудить с вами одно дело…

Владимир кивнул Олафу: следи, сам отворил дверь, отступил в сторону.

Они вошли, и он закрыл дверь за собой на засов. У этого странного гостя чересчур опасный эскорт.

– Меня зовут Филемут, – сказал чернобровый. – Я управляющий купца Могуты. Этот сорвиголова на самом деле вожак разбойников, только схватить его еще не удавалось. Но все в округе знают, что грабит честных торговцев он и его люди… Я не стал ждать, когда нам, как баранам, перережут горло и снимут шкуры. Я взял людей и пришел в харчевню, где он обыкновенно бывает!

Послышался стук в дверь.

Владимир отодвинул засов, держа меч в руке. Мальчишка с двумя тяжелыми кувшинами в руках побелел при виде меча у своего горла. От троих нахмуренных мужчин веяло таким напряжением, что он едва не выронил кувшины. Олаф выругался с чувством:

– Клянусь Локи, я бы его убил! А заодно и спалил бы весь этот постоялый двор!

– И город, – подсказал Владимир.

– И город, – согласился Олаф, – если здесь не оказалось бы больше винных складов. Надо же!..