Клуб избранных

Так что вряд ли мои бывшие коллеги пойдут на крайние меры. У англичан есть поговорка «Не будите спящую собаку» – это аналог нашей русской поговорки «Не буди лихо, пока оно тихо». Я думаю, никто не заинтересован в раздувании скандала!

– Допустим, Вы меня убедили. Вопрос в том, сумеете ли Вы убедить того, кто придёт к Вам после меня? Боюсь, что это будут не только ваши бывшие коллеги.

Когда Мария покидала его дом, Денисюк смотрел на её ладную фигурку, сильные, но женственные руки, на то, как тяжёлый и неудобный чемодан бил её по голени правой ноги, и на то, как она мужественно терпела это неудобство.

– Наверное, я с ней больше не увижусь. Жаль! – с грустью подумал Денисюк. – Если бы Макар привёл её в мой дом в качестве невесты, я был бы просто счастлив!

«Наверное, я больше не увижу старика в живых! – подумала Мария, продолжая пинать при ходьбе чемодан. – Жаль! Всегда жаль терять профессионала, даже если он не из твоей команды».

Синим сентябрьским вечером, когда на даче было по-домашнему уютно и тепло, и, как встарь, мягким зелёным светом горела настольная лампа, входная дверь тихонько скрипнула.

– А, старик, хорошо, что ты дома, мне хлопот меньше! – с удовлетворением произнёс одетый в чёрное незнакомец, шаря взглядом по комнате.

– Ты один? – спросил незнакомец, и сам же ответил, – Один!

Денисюк с тоской посмотрел на висящий в прихожей старый армейский бушлат. В кармане бушлата лежал наградной ПМ[63], с которым он в последнее время не расставался. Сегодня утром было прохладно, и он, перед тем как прогуляться по участку, положил в карман бушлата пистолет. После прогулки Денисюк повесил бушлат на вешалку в прихожей, забыв взять пистолет из кармана.

– Мне сказали, что у тебя есть то, что тебе не принадлежит.

«Он не прячет лицо. Плохой признак! Видимо, уже «списал» меня в покойники», – с горечью подумал Денисюк, глядя на обладателя седого ёжика и квадратной челюсти.

– Отдай, старик! Не играй со смертью! Ты же видишь, сегодня не твой день.

«Видимо это мой последний день», – решил про себя Денисюк, но вслух произнёс:

– Хорошо! Я отдам Вам то, за чем Вы пришли, а Вы сохраните мне жизнь.