Ключ к счастью попаданки (СИ)

— Обучать не буду, — сразу сообщила я. — Что подглядят-подслушают — то и возьмут.

Хоть сколько-нибудь поживу без активных конкурентов и смогу поднять своё хозяйство. Время летит быстро, а дел у меня невпроворот. Но, чтобы опять не стать невестой Саввы, я на многое способна.

— Каждый, кто будет делать для себя, заплатит мне медяшку в год.

— Бери две — одну ты отдашь в королевскую казну, — сказал жрец.

Быстро он перешёл на деловой тон, сразу видно, что не новичок в бизнесе.

— Тогда три. Не много?

— Три в год? Нормально.

— Тот, кто захочет торговать, заплатит мне в год две серебрушки. Одну в казну, остальное мне и на пожертвование.

Жрец уважительно покачал головой и откинулся в деревянном кресле.

— Не дороговато ли просишь, дева удивительная? За что тут две серебрушки платить? Ещё будут ли люди есть твои продукты?

— Будут, — уверенно кивнула я.

Конечно, будут, куда они денутся! Не сразу, но забудут своё предвзятое отношение к молоку, а потом распробуют вкус и оценят пользу.

За этот год я, что называется, «сниму сливки», а потом буду получать не очень большой, но стабильный доход. Может, и продажу прикрою — придумаю что-нибудь другое. Или, наоборот, развернусь не по-детски и поставлю завод.

Домой мы с Феней возвращались довольные и счастливые. Идти пешком не пришлось — на повороте от храма устроились на попутной телеге.

О том, что в селе что-то происходит, первой догадалась Феня.

— Чего тихо так? — забеспокоилась она. — Где люди?

Зря волновалась. Первый же пойманный за рубашонку пацанёнок сообщил, что в деревню приехал господин.

— Сам! На лошади! Весь народ к колодцу побежал! — выпучил глаза, сообщил мальчишка.

Мы тоже пошли к колодцу. Там, в центре села, была устроена небольшая площадь. Здесь объявляли разные важные новости, сюда вечерами сходились хозяйки, чтобы вдоволь поболтать и посплетничать у колодца.

В центре площади, в деревянном кресле, которое притащил запасливый староста, восседал граф Венсан.

Именно восседал, а не сидел, потому что вид у господина был поистине царский. Разве что глаза немного выдавали его любопытство — граф внимательно приглядывался к народу, словно кого-то искал.