Клетка семейного очага

Увидев около кровати в спальне открытый чемодан с набросанными кое-как вещами, Полина все поняла. Он звонил, чтобы успеть сказать, что уезжает. Сказать не успел, и уехать, похоже, тоже. Так. Как бы сделал Шамирский, если бы Михаила нужно было убрать незаметно? Шамирский бы сделал так, чтобы все думали, что Миша уехал. С помощью Игорька, который убедил бы Михаила, что тому нужно бежать. Скорее всего, так и было. Но почему чемодан остался в квартире? Значит, что-то пошло не так. Миша все понял? Вряд ли, он верит брату.

Сколько она его ни убеждала быть с ним осторожным, бесполезно. Тогда что случилось на самом деле? Он выгнал Игоря. И что? А то, что за ним пришли. Люди в форме. Значит, все-таки вышли на него. Значит, Шамирскому и Игорьку удалось подставить Михаила, но они не успели убрать его до того, как его возьмут. Как все просто задумано: улики против Михаила, а где он? Сбежал! Ищите. Но только найти будет сложно. Если только труп где-то в лесочке по весне оттает!

Полина вышла из квартиры и закрыла дверь.

«Стоп! Почему не опечатали, если это полиция?» – успела подумать она прежде, чем услышала за спиной твердый голос.

– Полина Семеновна Курлина? Я прошу вас пройти с нами. У нас есть к вам несколько вопросов.

Глава 43

Игорь молча грыз ногти. Кресло, в котором он сидел, было слишком низким и мягким, чтобы быть удобным. Но все в кабинете Шамирского было устроено так, чтобы любой, кроме хозяина, чувствовал себя там пигмеем. И Игорь чувствовал.

Шамирский возвышался над ним, сидя в специально для него сконструированном кресле, и тоже молчал. Что за мысли копошатся в его голове, Игорь не знал.

А Шамирский думал только об одном: его окружают одни придурки. Неспособные на самое простое – отбросить ненужные эмоции и работать. Брат это, видите ли! Не брат это твой, Игорек, на сегодняшний момент, а птица-говорун в руках ментов. И сколько пройдет времени, прежде чем он начнет говорить, можно только догадываться.

Верит он в него! Да сейчас родному брату меньше всего верить и надо. Сам-то Мишку своего сдал с потрохами. Знал ведь, чем все закончится! Плохой вариант получился. Самый худший из тех, что предполагал он, просчитывая комбинацию. Вдруг ему пришла в голову одна мысль.

– Игорек, а ты, часом, мое имя перед братом не упоминал? Ну-ка, колись!

– Вы что, Лев Борисович?! – испуг промелькнул в поднятых на секунду глазах Игоря. Шамирский заметил.