Спасти 6-го

— Ха, спалился! — Она схватила меня за руку и притянула к себе. — Я знала, что ты от меня без ума.

— Эй, полегче! — От ее прикосновения меня бросило в жар. Высвободив ладонь, я спрятал ее в карман худи. — Больше никогда так не делай.

— Как? — растерялась она.

— Не прикасайся ко мне.

— Почему?

— Потому что.

— А конкретнее?

— Ты не в моем вкусе.

— Врешь.

— Еще неизвестно, чтó ты трогала этими руками.

— Поясни, — сощурилась она.

Мразотный поступок.

Извинись.

Немедленно извинись, придурок!

— По-моему, все очевидно, — откликнулся я, отказываясь прислушаться к голосу разума.

— Ушам своим не верю."

"Мне тоже верилось с трудом, но, судя по ее воинственной позе, я действительно сказал эту похабщину вслух.

Вот влип.

С детским упрямством она дотронулась до моей груди, провела ладонями по шее, скулам.

— Боишься заразиться, придурок? Так получай! — Сдернув с меня капюшон, она взъерошила мне волосы, потом ее руки скользнули вниз, в карман худи, и переплелись с моими пальцами.

— Ну ты и стерва, — буркнул я, борясь со сладкой истомой от прикосновения ее гладкой кожи к моей.

— А ты болван, — моментально парировала она, не желая уступать ни пяди. — Ну что, идешь в дом или мне сказать отцу, что ты бросил меня на полдороге?

У меня челюсть отвисла от такой наглости.

— Я проводил тебя до калитки.

— Калитка не дверь. — Она вызывающе вздернула бровь.

Я закатил глаза:

— Ну конечно. Тут же целых десять секунд ходу.

Она красноречиво промолчала. Сообразив, что она не отвяжется, я обреченно вздохнул:

— Ладно, твоя взяла. — Покачав головой, направился за ней в сад. — Провожу до гребаной двери.

— Ты такой благородный, — с победной улыбкой поддразнила она. — И милый.

— Я не милый.

— Истинный джентльмен.

— Ни в коем разе... и отпусти мою руку.

Злорадно хихикая, она отперла дверь и толкнула створку.

— Ты идешь?

Она совсем рехнулась?

— Нет, не иду, — отрезал я.

Привалившись к косяку, Моллой поиграла бровями:

— Уверен? На кухне меня дожидается целая упаковка хрустящих рисовых шариков, и я не прочь разделить ее с тобой.

— Повторяю еще раз... — начал я и осекся, осознав смысл сказанного. — Рисовые шарики?

— Ага, шоколадные. Просто объедение.

Заманчиво, черт возьми.

Я почесал в затылке и вдруг выпалил:

— А молоко есть?

— Обязательно.