Клеймо сводного брата (СИ)

Может быть… ты сама его спровоцировала?

— Что? – не могу поверить, что в ее голову даже закралась такая мысль. – Нет. Нет, конечно. Я люблю Петю. Больше жизни! Любила…"

"Или не любила. Или заставила себя думать, что шальные эпизоды с Германом в прошлом. Что он то, что нужно закрыть и ключ выбросить.

— Да, да, — тянет она меня к себе, гладит по голове. Вроде ласка. Но какая-то холодная. – Просто я помню, как ты бегала со свадебной фатой и кричала, как выйдешь за него замуж

— Мама, — отодвигаюсь. Серьезно? Может еще вспомнишь, как я на горшок ходила? – Мне было десять, и он казался мне богом.

И доводить меня до регулярного оргазма.

— Но к тебе при этом он относился всегда хорошо.

Даже слишком.

— Мама, — уже напрягаюсь всем телом, не могу понять, к чему она клонит. Вернее, могу, но и правды она не должна знать. – Что ты хочешь сказать? Что я сама его соблазнила? На собственной свадьбе?

— Не истери, — входит в палату отец – отчим, как всегда в строгом костюме, разве что сейчас без галстука.

Но при этом хочет обладать той же властью. Тогда тем более непонятен его бунт и желание стать врачом.

— На свадьбу потрачено два миллиона, и отец твоего Петечки требует их с меня.

— Деньги? – ошарашено спрашиваю я. – Меня изнасиловали, а ты думаешь о деньгах?

И отец Пети.

— Судя по осмотру, изнасилования не было, — трубит он, словно хочет крикнуть. Меня начинает трясти. Колотить. От воспоминаний. От желания испытать их снова.

Да, Герман постарался. Сначала доставил удовольствие, потом смешал с грязью. Он уничтожил то, что нас связывало. Тайну, что была так близка сердцу.

— Я была привязана, — напоминаю я тихо и зло. Руки в кулаки сжимаются автоматически. Вот здесь не вру.

— Иногда люди играют в такие игры, – поднимает брови.

— Я думала, что это Петя, Петя понимаешь? – уже кричу, но мама тянет меня за сорочку. Но я гневно вырываюсь.

Думала, да. Сначала. А потом… Накрыло

— Как вообще можно перепутать этого пиздюка с Германом? Ты кого обманываешь? Если бы я знал, что у вас мутки, не ставил бы на этот брак так много….

Но он не мог не знать. Не мог.