Клан бешеных

Кажется, последние две недели я вообще не прикасалась к швабре и тряпке для пыли. Надо признать, что человек я достаточно ленивый. Сидение в кресле перед камином с книгой было одним из самых излюбленных моих занятий. Если бы можно было еще совсем не убираться и не готовить обед! Впрочем, последнюю проблему мы с дедом научились решать довольно легко с помощью полуфабрикатов. Что же касается уборки, то тут мы просто закрывали глаза на этот вопрос, а чтобы совсем уж не погрязнуть в пыли и мусоре, я время от времени бралась за швабру, ведро и тряпку.

Наводить чистоту и порядок, как правило, я начинала с самой дальней комнаты. Вытерев пыль на мебели и полы, я переходила в следующую, оставляя за собой чистоту и свежесть и рассуждая попутно, что пыль – какая-то очень странная субстанция. Вопреки закону Ломоносова о сохранении веществ эта гадкая пыль появлялась ниоткуда, зато сама никуда не исчезала.

Наш с дедом дом достаточно большой. В память о тесноте нашей квартиры родители запланировали на первом этаже целых три гостиных: для своих гостей, для дедушкиных и для моих.

Спальни располагались на втором этаже и считались личной территорией. Идея с гостиными казалась удачной, не надо было спорить и насчет оформления комнат, для себя мама и папа выбрали модный тогда стиль кантри, дедушка – роскошный рококо, я – лаконичный хай-тек. Зато теперь каждого гостя можно было принимать в наиболее желанной для него обстановке. Несмотря на солидные габариты нашего дома, дело по его уборке продвигалось довольно быстро, так как за диванами, креслами и в других закутках я вообще не убиралась. Зачем? Все равно там никто не ходит.

Мое полезное занятие прервал телефонный звонок домашнего аппарата. Странно, но эта примета у меня всегда сбывалась: если я начала уборку, обязательно кто-то заявится или позвонит. На этот раз в трубке раздался бодрый голос Ярцева:

– Привет, Полина! У меня для тебя две новости, и обе хорошие. С какой начать?

– Антон, зачем ты спрашиваешь? Какая разница, если они обе хорошие? Начинай с любой.

– Тогда слушай. Во-первых, нашего Гриню сегодня отпускают под подписку…

– Серьезно? – Моему удивлению не было предела. – С чего бы это вдруг? Кажется, обвинение ему предъявлено более чем серьезное.

– Отпускают, потому что надавила общественность…

– Ну, насчет этого я как раз в курсе, я имею в виду давление общественности. А вторая новость?

– Мне тут удалось нарыть кое-что о том самом Виссарионе. Фамилия его – Кинделия…

– Насчет этого я тоже в курсе.