Хронос и Деймос (СИ)

Мокрого, неловкого, но такого сладкого. Ты дрожал в моих объятиях, а я чувствовал, что обнимаю весь мир, который когда-то пытался защитить любой ценой. Но мир вечен, а я – нет. Так стоит ли тратить жизнь на бесполезное? На отсутствие в ней тебя? Спи, Сев. Потому что когда ты проснешься, я увезу тебя, как и обещал, на необитаемый остров, и пусть все катится к черту. Преступный мир Британии, аврорат, Кингсли, зельеварческий конгресс этот. Только ты и я, идет?

Снейп предсказуемо не ответил, но Гарри это было не нужно.

Он в два глотка осушил стакан, поцеловал мягкие губы своего супруга и решительно поднялся – времени в настоящем оставалось все меньше, а в прошлом как раз начиналось все самое страшное, о чем он, несмотря на то, что после много повидал на своем веку, очень не любил вспоминать.

***

«Хронос» перенес его в ту часть особняка на Гриммо, которая была закрыта от посторонних. Северус сидел в глубоком кресле у камина и пил. Не так как он делал это обычно, смакуя каждый глоток, изредка посматривая на пламя, уютно полыхавшее в камине, а жадно, будто жидкий огонь, налитый в тонкий бокал, мог утолить жажду, мучившую его.

- Северус? – Деймос осторожно стянул с плеч свою знаменитую мантию-невидимку и медленно опустился на колени у кресла. – Что-то случилось?

- А, это ты, - криво усмехнулся Снейп. – Что-то рано ты вернулся, Поттер.

- Поттер?

- А то нет? – пьяно хмыкнул Северус.

- Что происходит, Сев?

- Я тронулся, Дейми.

Я – гребаный извращенец, и не заслуживаю, просто не заслуживаю ни доверия, ни уважения, ни…"

"- Да что стряслось-то?

Северус неожиданно резко подался вперед, приблизив свое узкое бледное лицо почти вплотную к лицу Деймоса и, обдавая его губы теплым дыханием, в котором отчетливо слышалась алкогольная нотка, доверительно произнес удивительно трезвым голосом:

- У него глаза зеленые. За очками этими дурацкими. И жилка на шее. Тонкая, трогательная. И весь он будто гибкий тростник, гнется, но не ломается.

Сильный. Губы вишневые, пухлые, сладкие. У них вкус запретного плода, Дейми. Я жалок. Я – змей в райском саду, чье оружие - ядовитый раздвоенный язык, которым так приятно касаться нежной гладкой кожи. Я ядовит. Не могу дотронуться, а потому бью словами, находя самые больные места. О, я знаю о своем мальчике все. Начиная с его сопливого детства и заканчивая любовью к этой китаянке, Чанг.