След пираньи

…Первые признаки опасности он заметил, когда они продвигались по отлогому склону сопки, поросшей мрачными, обомшелыми деревьями. Продвигались медленно: земля была сплошь затянута тускло-зеленым, со ржавыми подпалинами мхом, а под ним покоились многочисленные колодины и валежник. То и дело подошвы срывались с них, нога, случалось, по колено уходила в мягкую, пружинящую зелень.

Тревога копилась понемногу. То появлялось неприятное ощущение чужого взгляда, то вдалеке, меж деревьев, оставалось полное впечатление, промелькивало некое шевеление, но в следующий миг, стоило перевести туда взгляд, исчезало бесследно, тайга вновь казалась безопасной, вымершей.

Хруст валежника вдали? Или почудилось? А это что за звук? После встречи с «лесным хозяином» поневоле начнешь тревожиться.

– Слушай, ты ничего такого не чувствуешь? – спросила вдруг Джен.

Мазур досмотрел на нее. Она держала револьвер в руке – указательный палец на барабане, средний на спуске.

– А что?

– Вон там словно бы пробежал кто-то…

– Человек? – спросил Мазур.

– Да нет, больше на зверя похоже, над самой землей мелькнуло.

– Поглядывай, – сказал он тихо.

Впереди виднелось болотце, покрытое низкими корявыми кустами и моховыми кочками. Словно не желая с ним соприкасаться, невысокая сопка изогнулась полумесяцем – лысоватая, с вершиной, ощетинившейся острыми верхушками.

– Туда, – показал Мазур. – Пройдем-ка параллельно болотцу, по открытому месту. Любопытно, что будет…

Они двинулись меж болотом и сопкой. Под ногами порой чавкала коричневая влажная земля, высоко тянулись кусты тальника, окруженные прозрачными лужами.

В лесу, который они покинули, раздался протяжный вой.

– Ага, – сказал Мазур, скорее обрадованно. – Не понравилось?

Из нескольких мест в ответ послышалось нечто среднее меж лаем и ворчаньем. И снова – длинный, заливистый вой. Джен поводила стволом.

– Убери, – сказал Мазур. – Они метрах в двухстах, все равно не достанешь…

– Волки?

– Очень похоже. Стой спокойно, не дергайся.