След пираньи

Разве что время от времени появлялся бравый субъект в форменной фуражке речника и на ухо докладывал что-то Прагину Судя по некоторым признакам, это были стандартные рапорты на предмет того, что все пока идет благополучно.

Когда Прагин объявил, что пора и на боковую, Мазур рискнул ослушаться – недолго думая, направился на палубу следом за Дженнифер, отправившейся подышать на сон грядущий свежим воздухом. А может, и не дышать – баловаться со своими неизвестными аппаратами. Подглядывать за женщиной офицеру как-то неприлично – но, во-первых, есть прямой приказ, во-вторых, вряд ли она будет заниматься на палубе какими-то интимными женскими делами вроде переодевания колготок.

Майор перехватил его у самой двери, с ленивой бдительностью поинтересовался:

– Бессонница?

Мазур не собирался с ним цапаться из-за пустяков, гонора ради, – но и на цыпочках маршировать перед надсмотрщиком не стоило. Довольно нейтральным тоном ответил:

– Мне, знаете ли, поручено кое за кем приглядывать в любое время дня и ночи…

Видимо, о его благородной миссии Прагин был осведомлен – кивнул и посторонился.

Без особых колебаний он подошел, остановился рядом и, как сущий джентльмен, негромко кашлянул.

– И вы тоже?

– Простите? – галантно осведомился Мазур.

Она сказала спокойнее, чуть сердито:

– Ваш генерал-супермен уже пытался залезть мне под юбку С соблюдением всех светских приличий, правда…

– Да что вы говорите? – изумился Мазур. – Когда я с ним общался, он себе ничего похожего не позволял… Может, он решил, что у вас под юбкой шпионский агрегат подвешен? Профессия у него такая.

Ага! Ручаться можно, хотела потянуться к чему-то, скрытому под курткой, но в последний миг опомнилась. Пожала плечами:

– Насколько я могу судить, профессиональными интересами там и не пахло. Обычное мужское хамство.

– Слава богу, хоть не русское, – сказал Мазур. – Потому что у меня есть стойкое убеждение, что и американский генерал не отказался бы от кое-каких действий, связанных с вашей юбкой..