Хроники Реликта. Том 2

Секам лизнул его в нос, обрадовавшись появлению хозяина. Лишь Нестор молчал, не напомнив о себе ни разу в течение всего срока пребывания ходоков в колонии. Впрочем, Влада это вполне устраивало.

* * *Орилоух произвел на Влада огромное впечатление. По записям «Свода истин» он знал, что мир Орилоуха – осколок чужой Вселенной – представляет собой сложнейшее многомерное планетарно-инженерное сооружение размером с одну из бывших внешних планет Солнечной системы – Сатурн, но видел инородное для Метагалактики тело впервые.

С борта спейсера «Падающий Снег», вращавшегося вокруг Орилоуха по орбите радиусом в сто тысяч километров, внутри которого располагалась колония интраморфов, Орилоух выглядел снежно-ледяным рыхлым комом с геометрически правильным рисунком «снежных торосов» и «ледяных айсбергов». До Катастрофы внутри этого образования жили орилоуны, «живые математические формулы-процессы», непрерывно изменяющиеся во времени. Даже обычное общение орилоунов преобразовывало их до неузнаваемости, хотя трудно было представить существо, превращавшееся к финалу беседы в нечто невообразимое, противоречащее законам двоичной человеческой логики, тем не менее каждый орилоун был индивидуален «в пределах процесса», имел отличительные – в многомерии – признаки и нес приметы личности.

По признанию прадеда Ставра, на него когда-то неизгладимое впечатление произвело не мгновенное, но очень быстрое и плавное изменение ландшафтов псевдопланеты при каждом движении, перемещении, действии и даже мыслительном процессе орилоунов.

И даже теперь, спустя тысячу лет после эвакуации орилоунов (куда и как они ушли – никто из людей не знал до сих пор), «пустой» Орилоух поражал воображение наблюдателей своей необычностью и тайной возникновения. Хотя имелось мнение, и Влад его помнил, что орилоуны – потомки чужан, как те в свою очередь – потомки тартариан.

Полюбоваться Орилоухом Владу не дали.

Колония «Падающий Снег» не имела зала визинга, для наблюдений и связи использовалась рубка бывшего спейсера, приспособленного под жилье, и хозяева колонии неохотно пустили туда гостей для переговоров.