Хранительница его сокровищ

Он расстегнул её плащ, осмотрел его и разложил на земле. А потом подхватил её на руки и опустил на плащ. И сам сел рядом.

— А моим потом укроемся, — подмигнул и поцеловал в уголки губ — в один и второй. — Что ты думаешь насчёт света? Если по мне — луны маловато.

— Я за свет. Но только знаешь, у меня шрамы. Несколько.

Он некоторое время смотрел на неё с недоверием, потом рассмеялся.

— Боюсь даже спрашивать, откуда они.

— От хирургических операций, откуда ещё, — пожала она плечами. — Лечили меня так.

— И что это у вас за лечение? Разрезать, а потом зашить?

— Разрезать, убрать лишнее, и потом зашить.

Он зажмурился, поморгал, снова открыл глаза.

— И впрямь другой мир. Знаешь, а ведь у меня тоже хватает шрамов. Давай — у кого больше? — и опять подмигивает.

— И что делать с проигравшим? — интересуется она.

— А что делают с проигравшими? Кладут на обе лопатки, ясное дело, — он и впрямь уже рад считать на ней шрамы, родинки и что там у людей бывает, раз подвесил сверху пару магических шаров.

Но её беспокоит ещё один момент.

— Послушай, Тилечка мне говорила, что у магов с предохранением от беременности всё просто. Что-то там выпить, и ура, стопроцентная защита. Знаешь, я не готова тут у вас встрять с моим старым и перекроенным на сто раз организмом и вашей здешней медициной, я просто не выживу.

— Твоя прямота восхищает, — он отцепил от пояса флягу, поболтал. — Что-то там есть, — он произвёл какие-то непонятные ей манипуляции и протянул.

— Нет, только общие принципы.

— А у вас как?

— А у нас магии нет. И ни один из множества способов не даёт стопроцентной гарантии. А можно, я рассмотрю вышивку на твоей рубахе? Я давно хочу.

— А я давно хочу рассмотреть, что у тебя под рубахой, на ощупь никак не могу понять."

"— Так смотри, — эх, у неё с собой разве что красивый лифчик, и тот где-то в вещах, а все ажурные чулки, кружевные трусы и невесомые сорочки остались дома.

И правда, пусть смотрит, раз говорит, что ему нравится, и готов и держать, и касаться, и целовать. И она тоже будет. Будет делать всё, что давно уже хочет…

… Половина луны опустилась за верхушки деревьев, а они всё ещё не спали.

— Лиза?

— Да?

— Может быть, наш мир не будет казаться тебе таким уж нехорошим, если быть в нём со мной? Или я слишком самонадеян?

— Я ничего не скажу сейчас про ваш мир, но ты — лучшее, что в нём есть.

— Чудесные слова, госпожа моя Лиза.