Хранительница его сокровищ

— Рассказывай, — потребовал Лис, как только кучка и разбойники остались за поворотом дороги.

— А чего рассказывать? Местные оборванцы. Думали, мы глупые богатые путники, которые не захотят связываться и откупятся. Раз они никого у нас не ранили, я тоже убивать не стал. К своему ржавому железу они до заката не смогут прикоснуться, и ещё животом в кустах помаются примерно до завтра. А мы к тому времени уже будем далеко.

— И всё же можно было кого-нибудь убить, чтобы в другой раз неповадно было, — заметил Серафино.

— Зачем проливать кровь, если можно обойтись поносом? — философски пожал плечами Сокол.

— А откуда вы знаете их язык? — тихо спросила Лизавета чуть позже.

Они по-прежнему передвигались плотной группой, и Сокол ехал неподалёку от неё.

— Были матросы на корабле из этих земель. Здесь жизнь очень бедная, вот они и ищут, где получше — кто посмелее, тот на море, кто похлипче — тот здесь.

— И что, мы ещё встретим… таких вот?

— Не исключено. Поэтому я и говорю вам — не отставать.

— С магом, умеющим наслать понос, мы сильны, как никто, — рассмеялась Лизавета.

— Увы, такой номер пройдёт не со всеми. Поэтому не отставайте и смотрите в оба, — он обычным образом ей подмигнул и отправился в голову отряда.

До самого заката Лизавета, как было велено, смотрела в оба, но ничего особенного не высмотрела. А ночевали они в маленьком посёлке, в котором, к счастью, имелась гостиница.

В небольшом домике проезжим сдавались три комнаты, и ещё можно было занять какое-то место в общей зале.

После ужина сидели за большим столом, Лизавета рассказывала про эльфов, мальчишки пели. А когда они собрались спать, в дверь постучались.

— Госпожа Элизабетта, открывайте, — скомандовал Сокол.

Он по-хозяйски затащил к ним тюфяк с сеном и бросил на пол у двери.

— Вы собираетесь охранять нашу дверь? — изумилась Лизавета.

— Именно, — кивнул он и сгрузил на пол рядом с тюфяком ремень со множеством сумок и пистолеты.

— Тогда не страшно, — восхитилась Тилечка. — А то я как-то не очень уверенно себя чувствовала с этой дверью.

— Вот и мне так проще, — кивнул он.

— Скажите, чего именно вы опасаетесь? — нахмурилась Лизавета."

"— Очередных дураков, которые позарятся на богатых путников, — усмехнулся он.