Хранительница его сокровищ

Уже строит планы — что-то шить, играть на гитаре, а ведь завтра с утра снова надо будет забираться в седло и ехать целый день с небольшими перерывами при любой погоде!

Лизавета устыдилась — за всё время в Палюде она ни разу не сходила на конюшню и не навестила Огонька, как он там? Сокол-то небось своего Урагана кормит и проминает! Но может быть, конь не обидится на неё?

Расходиться не хотелось никому. Очень уж хорошо было под крышей — тепло, сухо, кормят и поят, горячая вода и прочие блага, доступные в местной цивилизации, а наутро — снова в дорогу.

Тилечка перед сном строила планы на новый год — вот бы тоже где-нибудь в замке, где тепло и сухо, и чтобы бал, и красивые гости. Лизавета даже не дослушала — уснула.

А наутро пришлось делать всё быстро. Идти мыться, собирать вещи, завтракать.

Огонёк встретил Лизавету радостно — потянулся к ней мордой, фыркнул, обнюхал — нет ли чего вкусного. Она дала ему половинку яблока, он с удовольствием съел и дальше уже спокойно ждал, пока на него загрузят вещи и седока. С вещами помог Мартелло, а грузить седока пришёл Сокол. Он лично проверил все ремни, Лизавета смотрела внимательно и запоминала последовательность.

— Как ваши ноги, госпожа моя? Отдохнули?

— Да, спасибо, — кивнула она.

— Дальше будет легче. Вам верхом, — усмехнулся он. — Будет ли легче нам всем — узнаем.

Решётку подняли, мост опустили. Дорога через горы в Кайну была открыта.

Часть третья. Между светом и тьмой. 3.1 Лизавета учится смотреть в оба

Здесь, как и дома у Лизаветы, солнце вставало чем ближе к Новому году, тем позже.

Сокол велел не растягиваться, никому не убегать вперёд и не отставать — мало ли что, места неспокойные. А дамам ехать в середине. Да-да, госпожа Элизабетта, не отставать.