Хранящая сердце

Чтобы ее избежать, надо как можно быстрее выбраться отсюда и никогда больше не встречаться с ним.

Несмотря на боль, Шанель в рекордный срок натянула на себя юбку и блузку. Она нагнулась за пояском, когда ее вновь схватили и прижали к твердой, как камень, груди. Сопротивляться не имело смысла. Руки Фалона не причиняли ей боль, однако держали мертвой хваткой.

— Я понимаю, что ты не моя, женщина, и не могу тебе приказывать, но пойми, я хочу исправить то, что наделал. Из-за меня ты боишься соединиться, это нужно устранить.

"Фалон говорил тихо, но в его голосе звучала решимость, от которой страх Шанель только возрос. Да, с человеком, который понимает все буквально, нельзя объясняться намеками.

— Ты не виноват. Я не боюсь разделять секс, — сказала она, надеясь, что это правда. — Я боюсь тебя. Ты для меня слишком груб. Я имею в виду не только то, что случилось. Сначала я не думала об этом, так как обстоятельства застигли меня врасплох, но потом почувствовала сполна, когда стали появляться синяки.

— Я поклялся тебе…

— Это не имеет значения, — отрезала она, повернувшись к нему, чтобы подчеркнуть решительность своих слов. — Ты не контролируешь себя! И все может повториться снова, хочешь ты этого или нет.

Лицо Фалона помрачнело. Ему явно не понравилось услышанное. С запозданием Шанель поняла, что, возможно, оскорбила его. Ведь он дал клятву, а мужчины относятся к таким вещам очень серьезно. Правда, пока ничего не изменилось.

— Чтобы убедить в чем-то женщину, нужно показать ей это не один раз, — сказал он и привлек ее к себе.

Фалон снова стал ее целовать, осторожно развернув так, чтобы она прижималась к нему всем телом. Шанель этого не ожидала. Желание вновь проснулось в ней, разгораясь все сильнее и сильнее… В какой-то момент она все же смогла подавить его и выскользнула из объятий Фалона.

— Так… так не пойдет, Фалон. Я понимаю, что ты хотел как лучше, и я ценю это, действительно ценю, но уже ничего нельзя исправить. Я хотела тебя, иначе не появилась бы здесь. Я надеялась, что… — Она остановилась, испугавшись, что почти проговорилась. Он так сокрушался, не зная, как заполучить ее навсегда. Если бы он знал, что должен убеждать не ее, а отца… — Но я больше не хочу тебя, — продолжала она. — Все очень просто. Второго раза не будет.