Храм мотыльков

Доктор Стенли поправил свои очки и сказал лежавшему перед ним человеку с повязкой на глазах:

– Мама Уильяма Баха согласилась приехать к нему и прибудет с минуты на минуту.

– Это замечательно, Стенли. Это очень хорошо, что она согласилась. Как вы сумели ее уговорить?

– Я ей соврал, что Уильям ее ждет.

– Понятно. Не используйте больше грязь, доктор. Мне не нужен результат любой ценой. Говорите плохую новость.

– Миссис Норис решила покончить жизнь самоубийством. Я нашел сегодня утром на обходе письмо, которое она написала собственным почерком.

– Да, понял. Он хочет спасти ее?

– Как я понял, да. Но он не сообщил мне об этом, чтобы я не принял экстренные меры.

– Да, Стенли, этого однозначно стоило ожидать. Как вы поступили?

– Я перевел ее в другой корпус.

– Вы поместили ее в палату для буйных?

– Пока нет. Жду ваших указаний, директор.

– Очень хорошо.

– Как вы поняли, что она больна, директор?"

"– Если бы старуха действительно симулировала, то она бы сразу после ухода нашего доктора «Х» избавилась от этого письма, так как это прямая улика против нее и прямой путь к смирительной рубашке. Но миссис Норис не стала уничтожать улику по одной простой причине – потому что ждала утра, когда цельная миссис Норис проснется.

– Как скажете, директор. Но, как вы сами понимаете, это практически бесполезно…

– Доктор Стенли, вы занимаете в этой больнице одну из самых высоких должностей, но вам никогда не занять моего места. Знаете почему?

Главный врач отрицательно покачал головой, а затем вспомнил, что директор ничего не видит, и добавил:

– Не знаю.

– Потому что вы считаете случай бесполезным всякий раз, когда ваш собственный метод не работает.

И если вы попробуете, доктор Стенли, применить этот метод к другому пациенту со схожим заболеванием, то будьте уверены, что он не сработает.

– Я даже не думал применять ваш метод, директор, а тем более желать вашего места.