Храмовый раб

— Ну вот, значит это деяние, которое понравится злому Ангра-Майнью. А потому Иштар- не богиня, а демон.

— Слушай, что-то такое мне и самому в голову приходило, но я так умно не сказал бы. А ведь ребятам понравится. Они вообще не понимают, как у них тут бабы в храмах с чужими мужиками путаются. А их мужья еще и радуются, какие у них жены благочестивые. И мой тебе совет, когда будешь свою проповедь вести, не усложняй. Попроще говори, и люди потянутся.

— Я так и сделаю. Хорошее — плохое, свет — тьма, добро- зло.

Только вот что, князь. Ты меня сразу на должность назначь. Я как воин- пустое место, зато знаю много. Давай я главным жрецом буду, а через меня будет сам Ахурамазда говорить?

Ошалевший Ахемен посмотрел на небо, потом на Макса и сказал:

— Слушай, если тебя за такие слова до заката молнией не убьет, будем считать, что великий бог тебя сам назначил. Я в такие дела не полезу.

— Тогда пошли дальше, мы не закончили.

— Да что ж ты еще затеял? — изумился Ахемен.

— Чтобы сотню тяжелой конницы содержать — это много крестьян нужно.

Дорого очень. Если захочешь еще воинов набрать — еще крестьяне нужны. Где возьмешь?

— Соседние племена покорим, данью обложим.

— Есть в моей стране такой обычай — воина кормят крестьяне. Один тяжелый конник- тридцать семей. Один легкий — десять. Тяжелый конник- старший над десятью легкими. У нас этого человека рыцарь называют. Над десятью рыцарями есть начальник- барон. Десять баронов подчиняются графу. Граф уже князю починяется.

Каждый воин — господин над крестьянами. Он за порядком смотрит, всякий бунт на корню душит. Если что случилось, то князь с графа спрашивает, а тот с барона. А барон уже со своего воина. Крестьяне воину дань платят, а он на это коня, оружие и доспех покупает. И по зову князя — должен с оружием прибыть. — Макс фантазировал от души, изобретая какую-то свою модель феодализма.

— А если не прибудет?

— Тогда не воин он, а предатель. А землю эту другому передают, достойному.

— А ну как погибнет воин?

— Тогда старший сын с этой земли кормится, и место отца занимает.

— А если много сыновей будет?

— Коня, лук и под зад коленом, землю себе добывать с крестьянами.

— А если больше земли будет у воина?

— Тогда вооруженного слугу привести должен, или младшего сына.

— Толково придумано, — похвалил Ахемен. — Мне понравилось, и ребятам понравится. Вот когда ты им у костра про единого бога задвинешь, то они над тобой смеяться станут.