Хозяин Перекрестков

– Смотрите – с, городская. Надолго ли к нам?

Я только развела руками в ответ.

- Посмотрим.

- Али кому погостить приехала? – Спросил второй деревенский.

- Почти. Я внучка Кондрашевской Аданаиды. Вы, наверное, с ней были знакомы. – Ой, да конечно были, в деревне все друг друга знают. Эти двое вообще могут быть моими соседями.

Мужики, правда после упоминания имени моей бабушки напряглись и побледнели. Один из них перекрестился, а второй стянул с головы буденовку со словами и сожалением в голосе.

­- Примите - с мои соболезнования, но ваша бабка была ведьмой треклятой.

-Точно, точно, вон что с Настасьей сделала. Да и со мной…лысею не по дням, а по часам. – Подхватил второй. – Красивая баба была по молодости, но назло мужикам могла сухоцвет порчу наложить…

- Кому-то, наоборот, сухостой колдовала. – Пожаловался второй.

А я с округленными глазами, напомнила себе, что деревня оторвана от мира и возможно у местных других развлечений кроме телевизора и деревенских сказаний попросту нет. Пока они спорили о сухоцветах и сухостоях и обсуждали некую Настасью, я постаралась побыстрее скрыться, пока мой мозг не впитал в себя все горячие истории Выдроупужского сарафанного радио.

Проскользнув в управление Выдроупужской милиции, я столкнулась с особой, необъятных размеров в мундире грязно зеленого цвета и сильно напомаженными светлыми волнами на коротких волосах.

- Вы по какому делу? – Хриплым голосом поинтересовалась женщина в форме.

- Здрасте. Я к участковому.

- К Худотеплому? – Женщина посмотрела на меня исподлобья.

- Да мне и хорошо-холодный сойдет. – Ответила с усмешкой.

Особа в форме мой юмор не оценила. Ее лицо наполнилось суровостью, и мне показалось, что она сейчас взорвется в негодовании.

- Товарищ Худотеплый Сергей Петрович, наш блюститель правопорядка. Вам, гражданка, это понятно?

- Не то слово. – Я закусила губы, пытаясь сдерживать смех. То как женщина произнесла слово «товариЩ» отражало особую экспрессию. Я не удержалась и передразнила ее. – Мне очень все понятно, товариЩ.

Из глаз женщины в меня полетели молнии гнева. Она медленно поднималась, нависая надо мной и набрала в легкие воздуха, готовясь изойти на тираду, но почти сразу приземлилась назад на стул, когда из двери выглянул довольно молодой яркоглазый мужчина, в более привычной моему глазу полицейской форме. По виду ему было не больше тридцати.

-Эллочка, добавь к делу. – Он кинул ей на стол пару бумаг.