Сестры Ингерд

А я – увы…

-- Я думала, ты после всего считаешь Иогана своим врагом?"

"-- Графа Паткуля?! Эту тряпку?! Мамкин сын и подкаблучник, – фыркнула настоятельница с презрением. – Уверена, что сейчас в замке всем заправляет его новая жена, а этот мамсик только смотрит ей в рот и говорит: «Да, дорогая!». Это может, на поле боя он воин и командир, а в доме недоразумение, а не мужик.

-- Получается, что у тебя даже врагов в этом мире нет? – с удивлением констатировала я.

-- Вот! Вот пока я не дошла до этой весьма ценной мысли, я и не могла жить нормально.

Я сама свой собственный враг, и других у меня не было. Красота, Ольга, важна там, – настоятельница указала пальцем на окно, – во внешнем мире. А когда дошла до этой здравой мысли, поздно было пробовать что-то в миру. Здесь у нас ценится другое. Зато за это время я успела присмотреться к монастырской жизни и поняла, что она для меня значительно более удобна. Потому, когда мне предложили принять постриг, отказываться я не стала. Обсудила с епископом, чем мне лучше будет заняться, выбрала имя Тересия, в честь святой покровительницы, прошла обряд и прибыла сюда, в заштатный монастырь, где гости и путники спали на старом сене вповалку. Не настоятельницей, разумеется. Сперва просто послушницей. Если бы ты знала, Ольга, сколько в том сене было блох, клопов и мышиных гнезд! А чего стоило приучить сестер мыться! – она прикрыла глаза, вспоминая начало своей жизни здесь.

Я с удивлением замечала в этой женщине некую внутреннюю жесткость, стержень, который ее держал.

Но совершенно не понимала, откуда он взялся. Там, в нашем прошлом мире, сестра моя получала деньги и власть опосредованно, через мужчин. Сперва от отца, потом от своего жениха. Но этого ей оказалось мало, и она протянула руки за моим мужчиной. Она получала все то, что хотела. Мне она казалась красивым, но паразитирующим на деревьях растением. Мать Тересия была иной, и мне стало интересно, что именно она изменила в себе…

-- Когда я пришла в себя и отстрадала по собственной красоте, я начала думать, а затем сравнивать тебя и себя.

Раньше мне казалось, что ты слабее. У тебя никогда не было таких ресурсов, как у меня. Ты и в той жизни довольствовалась жалкой комнатенкой и самой дешевой одеждой. Ты ходила на работу и обслуживала себя сама: стирала, убирала, готовила… Вот это вот все, на что женщины тратят львиную часть сил и времени.