Сестры Ингерд

Глаза резануло ярким слепящим светом встречных фар. Очень близких… страшно близких…

А потом резкая боль ворвалась в мое тело…

Сила ее была такова, что сознание начало меркнуть. И даже летящие в меня осколки стекла как будто застыли в воздухе, так и не коснувшись моей кожи.

Глава 5"

"Я пришла в себя оттого, что зуб на зуб не попадал, и тело трясло крупной дрожью. Сильно болела голова, ощущались слабость и тошнота. Дымом пахло так, как будто я держу голову с подветренной стороны костра. Я вяло завозилась, одновременно пытаясь встать, открыть глаза и понять, что именно говорят люди вокруг.

Глаза я открыла, но увиденное заставило меня со стоном улечься вновь.

Тесная деревянная комнатенка, крошечное узкое окно открыто нараспашку. Оттуда густыми клубами пара врывается ледяной воздух и падают лучи холодного зимнего солнца. Две женщины в какой-то невразумительной, многослойной и длинной одежде бормочут странную ерунду:

-- Ишь, в себя приходит …

-- Дак и слава Богу! Я уж думала, совсем угорели…

А самое необычное то, что рядом со мной “валетом” лежит еще кто-то.

Кто-то, кто очень знакомым Анжелкиным голосом нудит:

-- Я еще пить хочу! Дай мне кружку, а эта подождет! – думаю, под словом «эта» подразумевали меня.

Я снова попыталась открыть глаза и понять, что происходит. Изображение плыло и двоилось. Одна из женщин, обхватив меня за плечи, начала вливать в горло какой-то противный чай, приговаривая:

-- Оно завсегда от угару помогает. Пейте, барышня, пейте.

Девица, лежащая со мной в одной постели, весьма ощутимо пихнула меня ногой и злобно заявила:

-- Да не сдохнет же она! Пить мне еще подайте!

Глаза закрывались сами собой.

Женщина помогла мне лечь, и я просто внимательно слушала, пытаясь понять, где я нахожусь? Место было мне совершенно незнакомо. На лоб легла какая-то странная штука. Я испуганно вздрогнула и, приоткрыв глаза, не сразу сообразила, что это обыкновенный капустный лист. Женщина, которая положила мне эту пакость на лицо, легонько хлопнула меня по руке, как бы объясняя, что снимать лист не нужно, и сказала:

-- Не трогайте, барышня, капуста завсегда от угару лучше всего помогает.

Не знаю, целительная ли сила капусты или просто отвратительное физической состояние сработали, но я погрузилась в какую-то вялую дрему.

Более-менее в себя я пришла уже после полудня. Зимнее солнце за окном сместилось. Окно было закрыто, а в комнате дружелюбно потрескивала печка. Я потянулась и села, чувствуя себя значительно лучше.