Сердце Холода

 – Скажи, чтобы только следили, если заметят, и не лезли, особенно в одиночку!

Дракон поспешно кивнул и расправил крылья, прыгая с площадки.

– Это и тебя касается! – крикнула вдогонку королева. – Не вздумай сразу распускать когти!

– Не слышу! – радостно крикнул он в ответ.

Ледяной дракончик снова покосился на Луну. Ночная не сводила взгляда с одного из разведчиков.

– М-м… ваше величество, – начала она сбивчиво. – Я хотела спросить…

– Да? – повернулась Ореола. – Спрашивай.

– Я в смысле… если никто не видел саму ледяную… то, может, хотя бы что-то подозрительное – к примеру, замёрзшее или необычно холодное?

«Она знает, что этот радужный что-то видел, – понял ледяной дракончик.

– Ну, вообще-то… – пробормотал разведчик задумчиво себе под нос, – под старым баньяном и впрямь была одна странность…

– Что именно? – встрепенулась Ореола. – Докладывай!

– Там такое место на земле… всё скукоженное какое-то, – помялся радужный, – тёмно-синий с малиновыми разводами.

Ледяной дракончик в волнении расправил крылья.

– Где это, далеко?

– Я знаю, где старый баньян, – кивнула ему Ореола, вскакивая. Отцепила от шеи Пушистика и пустила в заросли лиан. – Пара взмахов крыльев отсюда. Остальные ждут здесь!

– А можно мне тоже? – подняла лапу Луна. – Я могу быть полезна, я… – Она неловко замолчала. Не хочет говорить, что умеет читать мысли, понял Холод.

– И меня возьмите, и меня! – заверещала Кинкажу. – Я тоже хочу!

– Нет! – твёрдо покачала головой Ореола. – Я ваша королева и приказываю вам остаться!

Конечно, ледяной дракончик предпочёл бы слетать один, но не знал дороги. Опять же, если быть совсем честным, возможность услышать мысли сестры издалека пришлась бы, наверное, кстати.

– Возьмём Луну, – пожал он плечами как можно небрежнее, – она не помешает… А вот её – ни в коем случае! – Он кивнул подбородком на Кинкажу. – Слишком шумная.

– Это я-то шумная? Я шумная? – заверещала с негодованием маленькая радужная. – Неправда!"

"– Кинкажу! – одёрнула её Ореола. – Ты сама хотела, чтобы я стала королевой, так что теперь должна слушаться! Оставайся… потому что, если ледяная тебя убьёт, я очень-очень рассержусь! – Она с удивлением взглянула на Холода, потом на ночную. – Хорошо, Луна, ты с нами.

Скоро уже все трое парили в древесных кронах. То есть Холод старался парить, но получалось плохо.