Сердце Холода

Помолчав, сдавленно прохрипела:

– Я не похищала его.

– Принца Арктика?

– Нет, не похищала… – Она застенчиво прикрыла морду крылом. – Я в него влюбилась.

Вся история племени, старые обиды, войны и ненависть – вся прошлая жизнь дрогнула и пошла трещинами в сознании Холода, словно оттаявший лёд на весеннем озере.

– Он тоже любил меня, – продолжала Люта. – Только ни у одного из ваших не хватило терпения дослушать меня до конца.

Лёд ушёл из-под лап, разваливаясь на куски.

– Мы не хотели никому вредить, – вздохнула ночная, – не хотели, чтобы из-за нас началась война и наши племена возненавидели друг друга.

Дракончик слушал и верил каждому слову. Совсем недавно он только посмеялся бы, но теперь хорошо понимал, каково ей пришлось тогда и каково придётся ему – бросить всё, чтоб быть с Луной.

Неужели и у них всё получится так же, как у Люты и Арктика? Пойдёт ли он на такой риск, зная, к чему это может привести?

С другой стороны, королева Алмаз очень переживала за своего сына, а Нарвалу и Тундре всё равно, что случится с их младшим… да и всему племени, если вдуматься.

– Ну что, ты готов убить меня? – сердито обернулась дракониха, кивая на копьё.

Холод покачал головой.

– Я хочу освободить тебя.

Чёрные глаза ночной блеснули в сиянии лунного шара.

– Боюсь, это невозможно, – вздохнула она. – Сколько ни пробовала перелететь расщелину, наталкивалась на невидимую стену. Заклятие должно удерживать меня здесь вечно.

– Может, и должно, – покрутил носом дракончик, – но мы, ледяные, драконы предусмотрительные, особенно когда речь идёт о магии.

Люта приподняла заднюю лапу, затем другую.

– Ну… огонь точно не берёт, и разбить о стену не получается, только боль жуткая. Пожалуй, волшебные.

– Насколько я знаю наши обычаи, – задумчиво произнёс Холод, – разбить их может только член королевской семьи… например, я – тебе повезло.

"– Ой… – Люта опасливо зажмурилась.

Он осторожно ткнул алмазным наконечником в серебристую ленту. Копьё отскочило, задрожав в когтях, но без всякого результата.