Хозяйка Севера

Хочу ли я жить в мире, где мой муж перекидывается в чудовище, имеет какие-то запредельные паранормальные способности и главное — почти неограниченную власть? Где он будет разгуливать в чем мать родила со своими помощниками, не чувствуя при этом никакой неловкости.

«Кажется, выбора тебе и не особенно оставили, не так ли?»

Именно это меня и раздражало!

Сначала Герман вернул меня в эту квартиру под предлогом того, что ему просто надо взять под контроль своего зверя, а закончилось всё тем, что у меня по ходу теперь новый паспорт с его фамилией вместо моей!

И как мне прикажете на всё это реагировать?

Все эти мысли крутились и крутились в моей голове, мешая мне провалиться в сон.

Что бы не говорил Герман, но те вопросы, которые меня сейчас мучили, не были простой блажью.

Однажды я уже вышла замуж, не особенно вдаваясь в то, чем живёт мой избранник. Мне тогда казалось, что раз Аркаша сделал мне предложение, раз он даже забрал меня в Москву, то он готов на многое... на такое же многое, на что была готова и я.

Именно поэтому я, глупая наивная девочка, окрылилась надеждой, что мы с ним обязательно построим совместное светлое будущее, и побежала быстрее под венец. Чтобы никто не обогнал. Пирова победа! Если бы я тогда только знала, что вот это светлое будущее, о котором я мечтаю, каждый из нас видит совсем по разному.

Герман же, хоть и был прав в том, что во многом мы хотели одного и того же, как будто специально не обращал внимания на наши различия.

...или считал, что я приму все особенности жизни оборотней как само собой разумеющееся — со всеми их животными порывами, авторитарными приказами самого Германа... и другими страшными моментами.

«А какие у тебя ещё варианты, Наташ?» — подначивал меня мой внутренний голос. — «Думаешь, он отпустит тебя, да? Ха-ха!»

Нет, я ничего такого не думала. Я была уверена, что Герман будет делать всё возможное и невозможное, чтобы оставить меня рядом с собой.

Я всё ещё жива, я всё ещё дышу — а значит, у меня все ещё есть шансы уговорить Германа отпустить меня... ну, или найти какой-то новый способ для побега.

Ведь первый раз почти удался.

Кажется, именно после этой мысли я провалилась в сон — по крайней мере, эта была последняя здравая мысль, которую я запомнила...