Хозяйка приюта магических существ

Судя по тому, как легко он качал тушку птицы, которая была крупнее его самого раз семь или восемь, то силы было немеряно. Один плюс: волчонок был невероятно послушным, спокойным и нелюбопытным — он не задал ни одного вопроса. Нельзя баловаться с будущей едой? Волчонок молча отпустит тушку. Не стоит пытаться погрызть дерево? Он отсядет и будет спокойно сидеть. Не ребенок, а прелесть. Не неприятность, а ребенок-«приятность».

Что за родители такие у него были? Руки зудели. В этом мире и впрямь слишком много мудаков, которым хочется врезать.

— Дракон, спускайся, еды достаточно!

Потом мы дружно ощипывали птичек от перьев, пока дракончик не догадался подуть, чтобы все перья мигом убрались. Вернуться на кухню, разделать, поджарить, сварить — дело часа. Я бы дала волчонку сырым, но его возраст смущал меня.

— Госпожа Лисса, вы давно вернулись? — На кухне появилась Элис.

— Да, давно. Как пациент? — поинтересовалась я, накладывая волчонку еще одну миску мяса.

— Пациент? — не поняла меня девушка.

— Король Леса, — тут же поправилась я, не сдержав смешка: уж больно пафосно звучал его титул в такой домашней обстановке.

— А-а-а, — протянула Элис, отводя глаза. — В общем, с ним возникла одна большая проблема.

— Ему стало хуже? — встревожилась я, потому что была уверена, что Король Леса в стабильном состоянии и поправляется.

— Не совсем.

— Элис, не тяни! — не выдержала я.

— Я дала ему лекарство…

— Какое лекарство? — подозрительно уточнила я.

— Нет, конечно! Помните, Арч вас поранил когтями, а я побежала к лекарю. Он сказал, что это самое универсальное лекарство, какое только могло придумать человечество. Мне показалось, что у господина поднялась температура, потому я дала ему выпить это лекарство. Полный флакон, потому что лекарь говорил, что чем больше выпить — тем больше эффект, — сказала Элис, а потом глянула на меня глазами, в которых стояли слезы.

Я всунула объевшегося и почти задремавшего волчонка Элис в руки, строго сказала доубирать дракону кухню и пошла наверх, чтобы узнать, чем же напоили нашего пациента."

"Король Леса и впрямь был странным. Его холодное и независимое выражение было напрочь стерто благодаря капризно искривленным губам и красным глазам, словно он… словно он… плакал?

— Что случилось? — встрепенулась Элис.