Хозяйка графских развалин

По ошибке я едва не приветствую её как господыню, но вовремя спохватываюсь, что глава похитителей вряд ли будет настолько любезна, что выйдет ко мне навстречу. Горничная? Скорее, секретарша.

— Леди, с прибытием, — обращается она ко мне.

— Благодарю за гостеприимство, — отвечаю я, добавив в голос иронии. Вроде бы отвечаю полагающуюся случаю фразу, но при этом ясно показываю своё отношение к их манере вызывать на диалог.

Чем больше я думаю, тем больше убеждаюсь, что демоны не стремятся навредить, они стремятся указать нам с Гаретом наше место.

Понять бы ещё, почему нас унижают, но продолжают с нами возиться.

Сомневаюсь, что демоны сами дадут мне против себя козыри.

Демоница белозубо улыбается. У неё вполне человеческое лицо. Кожа, как и мужчин-демонов, которых я видела, сероватая, но по сравнению с ними тон более… припылённый. Глаза ярко-жёлтые, почти золотые. Одета в подобие лёгкой блузы и пышных шаровар, пошитых из зелёной ткани, будто нарочно подобранной к интерьеру. Поверх удлинённый жилет всё из той же синей чешуи.

— Господыня Имили Оти скоро примет вас, леди.

Скоро?

Я не переспрашиваю, киваю, и демоница скрывается, не предложив сесть. Впрочем, она возвращается раньше, чем я успеваю обвести взглядом помещение. Она отодвигает полог и жестом приглашает меня пройти.

Господыня, её отличает полное отсутствие синей чешуи, сидит в гнезде из подушек и крутит в руках шпажку с нанизанной “капустой”. Кожа серая, платье полупрозрачно белое с серебристыми вставками.

Стопы босые. Поймав мой взгляд, господыня… выпускает на ногах когти.

Скрыть удивление мне не удаётся, и господыня заливается мелодичным смехом.

Она считает свою выходку смешной?

— Признаться, я представляла вас себе иначе. Доброе утро, леди Имили Оти.

— Хм?

Я перешла черту дозволенного?

У господыни пронзительные голубые глаза, и мне тяжело выдерживать её взгляд, но я смотрю ей в лицо не моргая.

Голубые глаза?

У Гарета, хотя и не настолько яркие, тоже… синие.

Глава 15

— Присаживайтесь, леди, — она кивает в сторону вороха подушек, сложенных этакой получашей.

Встать будет трудно.

Я аккуратно опускаюсь, стараясь не развалить”гнездо”

— Благодарю.

— Для иномирянки простительно не знать верного обращения. Господыня Оти или господыня Имили Оти, никак иначе.

— Я запомню.

Почему она назвала меня иномирянкой?!

Она подтвердила подозрение, которое во мне зрело.