Хозяйка графских развалин

Ты должна знать, что ты дитя любви. Твоя матушка вышла замуж за купца Пегкера хотя и по моему настоянию, но с добрым смирением. Лишь год спустя она встретила мужчину, от которого потеряла разум и которого понесла. Свой собственный ум и характер — это всё, на что ты можешь полагаться. Я же кроме некоторых ценностей могу дать тебе житейский совет. Будь храброй, моя девочка. Будь решительной. И не пытайся узнать имя своего кровного отца, не ищи беды. Мне жаль, что мы уже не встретимся, но знай, что я улыбаюсь тебе с той стороны.

Ха…

Я по-прежнему не чувствую себя Даниэллой, но душу почему-то щемит. Почему-то мне жаль не девочку, потерявшую мать и жившую под крышей неродного отца, а старика, написавшего это письмо.

Раз речь о наследстве… значит, его уже нет в живых.

Ничего особенного в письме нет, и я разворачиваю лист к Гарту, чтобы он тоже мог прочитать.

За фанерой есть что-то ещё, и я вынимаю вексель на предъявителя.

Я откладываю вексель на стол и барабаню ногтями по столешнице. Есть соблазн попросить Гарета открыть переход. Пусть не в столицу, а в другой город. Я могла бы купить еды, тёплых вещей, лекарств…

— Сколько стоит лечение Гэбби?

— От трёх тысяч…

— Начать лечение и оборвать хуже, чем не начать?

— Хуже, — уверенно кивает Гарет.

Увы.

Содержимое ларца разложено по нескольким мешочкам. Сверху лежит самый маленький и, раскрыв, его, я нахожу мелкие монеты. С пригоршню медяшек, пару крупных золотых и горсть серебряных монет.

Спасибо, дедушка. Мелочь только кажется мелочью, а на самом деле я не представляю, как бы я пошла на рынок с золотыми монетами. И дело даже не в том, что у торговцев сдачи не будет. Дело в том, что показать большие деньги — привлечь внимание карманников.

В следующем мешочке наощупь какой-то прямоугольный предмет. Я достаю книгу “Практические наставления начинающему магу на пути раскрытия дара и таланта”. Книгу я откладываю к векселю. Сегодня же начну читать…

Третий мешочек приносит мне хрустальную сферу размером с яблоко.

— Хм?"

"— Без сферы не обучение магии, а мучение, — с лёгкой улыбкой поясняет Гарет.

— А это что?

Последний мешочек просто огромный.