Хозяйка графских развалин

Причину угадать не сложно — ларчику не место на кухне, но унести тяжёлый предмет я не смогу.

Гарет возвращается за стол и хмуро предупреждает:

— Что бы ни было внутри, оно только ваше, Даниэлла.

— Хм? И как вы себе это представляете?

Начинаю думать, что Гарету катастрофически не хватает жизненного опыта. Допустим, в ларце не драгоценности, а самые настоящие деньги, те самые монеты, которыми можно расплатиться в любом магазине, на любом базаре. И что? Я куплю себе десяток яиц, зажарю, но не поделюсь?

Не в том положении Гарет, чтобы отказываться от помощи.

— Так и представляю. Что бы ни было внутри, оно только ваше.

— То есть если в ларчике деньги и я куплю еду, то я сюду перед вами с тарелкой и буду уминать у вас на глазах и ни крошки не дам? Как ты себя при этом будешь чувствовать? А Гэбби с Мими? А… я? Думаешь, мне будет приятно жевать, глядя в их голодные глаза? Ты думаешь, я действительно могу так поступить? Ты такого обо мне мнения?

— Я…

От моего напора Гарет теряется.

— Я не думаю о вас плохо, Даниэлла. Я… — он наконец сдаётся. — Простите.

Кажется, он хочет сказать что-то ещё, но после короткой внутренней борьбы только отводит взгляд.

Подозреваю, что Гарет чувствует себя ужасно. Как глава семьи он обязан позаботиться о юных сёстрах. Только вот он не справляется. Не его вина — мне трудно представить, что Гарет мог чем-то настолько прогневать императора, что его величество решил уничтожить весь род.

Предположу, что первым пострадал отец Гарета, а то и дед…

Спросить в лоб?

А почему бы нет? У нас же тема тайны прошлого. Чем быстрее неприятный разговор состоится и закончится, тем лучше и легче.

Но сперва…

Я ломаю печать на ларце и откидываю крышку. В глаза бросается бархатная обивка и отстающий край. Дефект настолько кричащий, что я, не задумываясь, тяну подкладку. Бордово-винный бархат послушно отходит, открывая тонкую фанеру, из-за которой выглядывает белый уголок.

Потянув, я вытаскиваю плотный конверт.

Ещё одно письмо, и оно тоже защищено печатью. Как интересно… Наверное, правильнее начать с

“Даниэлла, дорогая девочка, моя прекрасная внучка, я приложил все усилия, чтобы ты смогла получить то, что я для тебя подготовил. Молю небеса, чтобы мои усилия увенчались успехом и ты смогла распорядиться наследством с наилучшей выгодой для себя.